Демон

Оказалось не столь уж и просто отвести от них взгляд, но Реймс с этим справился.

— Да начнется праздник Кровавой Луны! — ликующе воскликнул Сайон Дердо.

Дикари закричали, стали топать ногами, кто-то протрубил в рог, некоторые принялись ритмично бить по барабанам руками. Тум-та-там, тум-та-там! Трое песчаных жителей подошли к клеткам и собирались их открыть. Увидев это, некоторые из пленников (наиболее сообразительные) сразу же принялись бежать куда велено, а другие продолжали стоять, словно их затянули зыбучие пески по пояс.

Барабанщики ускорили темп. Тум-та-та-там! Тум-та-та-там! Тум-та-та-та-там! Дикари кричали что-то не связное, каждый о своём и крики сотен глоток слились в единый неразборчивый протяжный выкрик, больше похожий на жуткое заклинание для призыва, самое меньшее, одного из демонических князей былых лет.

Когда клетки открыли и три пары ярко-жёлтых глаз медленно выходили из них, Реймс пришёл в себя и принялся бежать. Раздался рёв одного из этих существ, а после и остальных, и чудища одним прыжком покинули свои каморки, и напали на троих бедолаг.

Существа принялись быстро пожирать их. Похоже, они голодали слишком долго.

Обернувшись, Реймс увидел момент поедания трёх пленников, что сильно напугало его. Позади шесть человек, а спереди пятнадцать. Если чудища быстро съедают свои жертвы, то тогда довольно скоро они дойдут и до него. Страх погибнуть подобным образом придал ему новых сил, и одержимый ускорился, опередив троих.

Чудища довольно быстро разобрались с тремя пленниками и продолжили охоту.

Один из людей услышал позади короткое рычание твари. Она совсем близко. Бедолаге хватило лишь осознания этого, чтобы его сердце не выдержало, и он замертво рухнул наземь. Кроме него на съедение попали ещё двое бегунов и до Реймса отчётливо дошли их душераздирающие предсмертные крики. Увы, но он не мог им помочь. Каждый сам за себя.

Когда одержимый опередил ещё одного, чудища уже успели поглотить троих. Они съедали почти всё. Оставляли лишь головы. Поразительно то, что, сожрав вот уже шестерых человек, им всё ещё мало и они жаждали больше.

Существа нагнали двоих, но не убили их, а нанесли серьёзные раны по ногам и те более не могли продолжать бег. Удары когтистых лап рассекли плоть до костей, возможно даже сломали и их. Решив оставить истекающих кровью, твари убили ещё троих и принялись трапезничать.

Обернувшись, одержимый увидел позади себя лишь двоих. В его голове загорелось осознание того, что ему не удастся спастись. То были скверные мысли.