Рукоять меча

Мореход подумал недолго, тоже посмотрел на море и кивнул.

– Может, даже и раньше, – заявил он.

–  Значит, сегодня работы не будет, – подытожил Гвоздь. – Тогда так.  Бантик, бери деньгу и дуй в лавку. Покупай на все, – и он вручил Бантику  монету, – и для всех. Помелу двойная доля: его добыча. Пусть там в  лавке посчитают, возьмешь его вторую часть медяками, а на остальное  покупай. Кастет со мной идет на верфь, за опилками. Баржа наполняет  бочку. Всем остальным – живо в Крысильню, пока никого в море не  посмывало.

Кэссин не вполне понял, как именно Гвоздь распорядился  нежданными деньгами. С него уже и того хватало, что не ему предстоит  бегать с ведрами, тщетно надеясь успеть наполнить бочку прежде, чем его  настигнет ливень. Кстати, а зачем вообще бегать с ведрами накануне  шторма? Достаточно выкатить бочку из Крысильни, а там уже ливень сам о  ней позаботится. Кэссин бы так и сделал... а вот Барже, похоже, придется  побегать с полными ведрами под проливным дождем.

И похоже, что Гвоздь  еще с утра принял решение. Недаром на физиономии Баржи красовался  один-единственный синяк, и разукрасил Баржу вовсе не Гвоздь. Да, так оно  и есть. Вздумай Баржа затеять драку, и быть бы ему битым. Но проступок  Баржи был иного рода. Баржа поленился – и теперь ему придется поработать  всерьез.

Мореход не ошибся: едва побегайцы успели добежать до  Крысильни, как небо начало заволакиваться быстрыми тяжелыми темными  облаками.

Небо вспорола трескучая сухая молния, осветив Бантика с целым  мешком всевозможных вкусностей на могучих плечах. Потом ахнул гром, и  мгновением спустя Крысильню накрыл шторм.

Когда побегайцы скинули  влажные куртки и выжали волосы, дверь отворилась, и в Крысильню был  вброшен мешок. Спустя недолгое время дверь отворилась снова. Голые, в  одних набедренных повязках, со свернутой в жгуты одеждой, вошли Гвоздь и  Кастет. Теперь все были в сборе.

К удивлению Кэссина, когда  Кастет разложил мокрые одежды на просушку, они оказались чистыми, да и  сам Кастет не увозился в дорожной грязи по самые уши, как можно было  ожидать.

Вот почему парни сначала вбросили в Крысильню мешок с опилками и  только потом вошли сами. Ливень смыл с них грязь и выстирал их одежду.  Ай да Гвоздь! Эту его уловку Кэссину стоит запомнить.

– Вот сдача, – сообщил Бантик, пересыпая в руку Гвоздя горсть медной мелочи.