Гримуар I

Я же, по какой-то неведомой причине решил пробыть в комнатушке еще немного.

Жесткая кровать с колючей соломой и мутной тряпкой вместо покрывала; пыльная тумба с одинокой керосиновой лампой; выщербленная поверхность письменного стола. А за окном белая змея, свернувшаяся бледным лунным диском, нагло ухмылялась мне в лицо и шептала свою ночную молитву. Я вызвал Анну.

Ведьма на этот раз не зависла в воздухе и даже не пыталась использовать своих сил. Она медленно шагнула к окну и уставилась в пустоту. Молчание потянулось длинной изорванной вуалью.

Хотелось нарушить тишину, или даже выйти из игры. Давление усиливалось. Внезапно реальность всколыхнулась, и Анна обернулась ко мне. На лице у нее застыли слезы.

— Где папа?

Глава 15: Тени тянутся к воде

На следующий день Эбигейл вела себя как ни в чем не бывало. Изредка она выдавала усталые, но теплые улыбки, отмахиваясь от помощи по дому. Я попытался воспользоваться ее настроением и еще раз спросил об Анне. Женщина тут же помрачнела и замолчала, уставившись куда-то в пустоту.

Мда, Бладласт слишком сильно увлеклись триллерами, создавая эту локацию. Оказалось, что у меня недостаточно репутации, чтобы задавать такие вопросы. Никто в деревне не доверял мне.

Радушие Эбигейл вернулось к ней на следующий день. Я решил не рисковать и начал выпрашивать другие подробности ее жизни. Она родилась и выросла в Фостерлейке, никогда не покидая пределов Материнского озера. Кроме того, никто в деревне никогда не ступал на землю.

Когда я спросил у провожатого из ратуши о двух близнецах, встретивших нас у берега, он тут же погрустнел. Дальнейшие расспросы ни к чему не привели.

Сэмми своим щенячьим взглядом молил о том, чтобы я отпустил его. Мол, по графику, составленному Микелем, он слегка отстает и до жути боится провалить все. “Я ведь не такой умный как ты, не смогу легко нагнать все. Да и тема сложная”, — сказал он. В общем, я решил набрать репутации в одиночку, а звать Сэмми только в случае, если понадобится его помощь.

К слову, она, как я вскоре узнал, требовалась здесь часто.

Большинство поручений касались благоустройства деревни. Старик Ханс каждый день просил помочь проводить его до западной пристани, где он мог бы помолиться за упокой души своей жены. Бернадетт, жена местного пекаря, дважды просила тайком отнести письмо некоему господину Реймсу, который оказался священником. Я решил не сообщать бедняге пекарю о его огромных рогах. И не прогадал.