Стример

Он руководит метеолоро... погодной станцией. – Женщина покраснела и вышла из диалога, направившись по своим виртуальным делам.

За городом начинался пляж с редкими чахлыми кустарниками. На побережье песчаные дюны сменились россыпью серых камней с кулак величиной. Морские волны бросались на них и отступали, клокоча в расщелинах.

Я заметил широкую башенку в два этажа высотой. Конусообразную крышу венчал подрагивающий на ветру флюгер с несколькими стрелками. На очищенной от кустарника площадке стояла тренога с измерительным прибором, похожим на гибрид громадного транспортира и циркуля.

Рядом вздымались трехметровые вышки с основанием из перекрещенных досок, наверху стояли непонятные решетчатые короба.

Навык Физика повышен до 5

Видимо, персонаж что-то понял, но я мог только предположить, что увидел приборы девятнадцатого века для наблюдения за погодой. Я прошел к башне и постучал. Отворил юноша с вьющимися волосами и обветренным лицом. Белая рубаха со шнуровкой контрастировала с загорелой кожей.

Он вздернул брови и неуверенно улыбнулся.

– Доброго дня, сэр рыцарь. Чем могу помочь?

"Кельвин Кульм", прочитал я имя НПС.

– Привет. Я пришел к Фабиану Кульму, – сказал я.

Парень открыл было рот, но тут в проходе появился Фабиан и похлопал сына по плечу. Я отметил, что бывший пресвитер пятнадцатого уровня.

– Я ждал вас, сэр Карахан. В телеграмме сообщили, что на вас можно положиться в ответственных делах. Очень рад встрече! Пожалуйста, заходите.

Мы прошли в просторный светлый холл круглой формы.

Башенная конструкция обеспечивала высокий потолок. Напротив потухшего камина стоял диван и несколько кресел, новенький паркет приятно пах лаком. Парень коротко поклонился и ушел.

– Что выпьете с дороги? Тоника с лимоном, вина? – спросил Фабиан.

Я вежливо отказался и не стал говорить, что благодаря его другу я теперь не переношу напитки. Этот НПС мне сразу понравился. Он не носил инсигнию Голубого баала и всякие архаичные одежды, а предпочитал простую белую рубашку с жилетом и брюки.

Фабиан Кульм был коренаст и с брюшком, длинные черные волосы наполовину поседели, от углов лба расходились блестящие залысины. Мясистый нос поддерживал очки с толстыми стеклами и мощной оправой. Улыбчивый рот прятался в усах и бороде. Странно, что человек, сочетающий в себе грубоватую внешность и интеллект, половину жизни посвятил службе баалу красоты.

Мы сели, но Фабиан тут же вскочил, словно в диванной подушке оказалась иголка.