Перекресток миров. Синигами, обрученный со смертью

Сам клан Бернов был не против, чтобы Брани пожил у нас, они понимали, что дедушка далеко не молод, а его уровни не так уж и высоки, чтобы надеяться на долгожитие. Только старый викинг заявил - если ему суждено умереть зимой, то пусть так и будет, и вообще этой зимой он собирается в свой последний поход на ледяных великанов, а могилку вырыл так,  на всякий случай, вдруг кому потребуется. И направился точить свой топор и проверять кольчугу.

Небольшой корабль, который вели Берны, был непривычно быстрым, ведь в трюме закованный в цепях, словно молодой медведь, томился мой дедушка.

Клан решил, что пора бессменному, на протяжении пятидесяти лет, главе клана, отдохнуть и подлечиться. А кляп и цепи на могучем старике - это была всего лишь предосторожность, чтобы он от радости не раздавил членов своего клана в своих счастливых объятиях.

И только когда мы вышли в открытое море, из трюма вылез он, жутко злой и многословный. Ни я, ни Астрид никогда не слышали таких слов ни от деда Брани, ни от Альрика, а тому, как запела Миуюки, собирая ругательства из всех известных ей языков, можно было даже заслушаться.

 

А всему причиной этой ругани было простое письмо, которое пришло в столицу две недели назад, и которое заставило нас всей семьей нанять самый быстроходный корабль. И Миуюки подгоняла его своей силой, пока не выдохнулась сама, но корабль за четыре дня достиг Крутого Рога, до которого торговые корабли ходят две недели.

– Приезжайте на похороны, отец Брани уже общается с костлявой, и скоро помрёт.

– Гласила та единственная строка, написанная братом моего отца.

И было оно правдивым, простая простуда в преклонном возрасте собиралась забрать жизнь моего дедушки, и все травники и лекари были бессильны. Только вот мама за два дня поставила деда на ноги, да так, что тот пошел и вырыл себе могилу, да и уснул в ней. Криков-то было, а два лекаря получили по фингалу за свою работу от Миуюки и Альрика, и были направлены в академию для повторного обучения.

А остров получил на это время личные лекарства Миуюки и до зимы все были защищены от хворей.

Дед Брани немного покричал и успокоился, а в столице начал заниматься кузней, а так как сил у него хватало, то даже начал приторговывать некоторыми изделиями. Но больше всего он любил выбивать орнаменты и знаки на оружии и броне.Миуюки только фыркала на рассказы о том, что его символы добавят мужества и силы, и госпожа удача может смилостивиться в бою.