Цена свободы

Дейлер шел осторожно, тело дрожало и, казалось, потеряло вес.«Теперь у мамы, папы и Розы все будет хорошо», — повторял он про себя.Дейлер, забрался в телегу к другим будущим Стражам.— Ты уверен, мальчик? — Альвин хотел убедиться.— Да, уверен, — прозвучал четкий ответ.Страж кивнул головой.— Ну, в добрый путь, — сказал он и хлестнул лошадь. Телега дернулась и затрещала, словно поленья в камине.Дейлер обернулся, позади была только толпа, теперь уже вслух обсуждающая произошедшее.

Елена стояла позади всех, это не мешало ей выделяться, Дейлер впервые увидел, как она плачет, слезы медленно скатывались по ее щекам, а глаза смотрели вслед, будто упрашивали: «Вернись».Ужасом по всей площади, прервав голоса толпы, пронесся столь родной крик, не звучавший так громко с того момента, как Дейлер в девять лет совершил что-то нехорошее, о чем теперь забыл, не мог думать. Он молча, сдерживая слезы, глядел, как за телегой, спотыкаясь о собственное платье, бежит мама, вот она упала на колени от бессилия и плачет, смотря прямо в душу Дейлера, вот к ней подошел отец, пытается поднять ее, мама выбивается, кричит, толкается. Дейлер закрыл глаза, слезы пустились наперегонки по щекам, обжигая кожу, он сел и уставился в небо.— Только гляньте на эту картину, как кричит, сердце кровью обливается, — сказал Альвин, ему часто приходилось слышать и видеть такое, и всякий раз ему было не по себе. — Я могу остановить и отпустить одного из вас к родным. Признавайтесь, чья там матушка кричит? Доброволец?— Нет, я сирота.Дейлер проглотил колючий комок в горле и спрятал слезы. Всю дорогу он слышал плач матери в голове.***— Жестоко. А Золотой город, какой он? Ты же ведь его видел, правда, видел?— Элен, не перебивай.— Ладно, ладно. Но мне уж очень интересно, действительно ли он такой, как его описывают, действительно ли он весь из золота. — Узнаешь, только слушай. — Он откашлялся. — Так вот, мы ехали целый день, я молчал до самых ворот, а когда их отворили…4. ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕИсполинские золотые ворота, загораживающие проезд в гору, отворились. Телега въехала внутрь. Стены, потолки и арки из белого мрамора образовывали длинный коридор, ведущий до центра горы.