Проклятие и искупление. Том 2. Наследие

Внутри невысокий мужичок, в меховой безрукавке и с дымящей трубкой в зубах, протирал квадратные столы. Кроме него в трактире еще было двое мужчин, отдыхающих за кружкой, и мальчик лет десяти со светлыми волосами и горбушкой хлеба в руке.

– Могу быть чем-то полезен гостям? – трактирщик с живым интересом уставился на нас, бросив тряпку на стойку. Заметив метку на лбу Люфира, он послал короткий взгляд двум другим посетителям, от чего те сразу поднялись со своих мест и подошли к нам.

– Я смотрю, ты неместный с подругой, – сказал один из мужчин, крепкий в плечах и суровый лицом.

– Если думаешь устроить здесь погром, лучше сразу выметайся. После первого нашествия ваших здесь не осталось церковников, с которыми тебе есть, что делить, а удумаешь заняться грабежом – мы тебя быстро выдворим.

– Я не собираюсь нарушать порядок, можешь спокойно возвращаться к своей выпивке, – Люфир даже не взглянул на подошедших и обратился к трактирщику. – Две порции бульона погорячее, и жареную дичь, если найдется.

– Отчего ж не найтись? Мои молодцы только сегодня вернулись с силками полными зайцев, – трактирщик хлопнул по плечу застывшего возле Люфира мужчину и скрылся в подсобке.

– Я тебя предупредил, маг, – процедил громила и вернулся на свое место.

С улицы донеслись возмущенные крики торговцев и звук падающих ящиков. Им вторили окрики жителей, добавляя еще больше неразберихи в происходящее за стенами трактира.

– Я посмотрю, что там такое, – я скинула свою сумку на табурет рядом с Люфиром.

– Отдыхай пока.

Люфир кивнул, и я поспешила на выход. 

Снаружи суета захлестнула меня с головой, а промчавшийся мимо мальчишка, чуть не сбил с ног. Его преследовал шлейф аромата свежей выпечки, тянущийся за огромным румяным завитком в руке ребенка.

– Ах ты, паршивец! Вернись, я кому говорю, – следом за ним бежал тучный торговец, потрясая кулаками и рискуя вот-вот споткнуться и упасть лицом в грязь. 

Мальчишка застыл посреди улицы и, обернувшись, высунул язык, дразня пекаря.

Взмахнув рукой, он поднял земляной вал, перегородив улицу.

– Вот сорванец! Теперь точно ушел, – выдохнул запыхавшийся мужчина. – Нет на них управы.

Торговец посмотрел на меня, ставшую свидетелем развернувшейся драмы с похищением завитка. Пожав плечами и улыбнувшись, я с легкостью пробила земляную стену и побежала за воришкой, оставляющем отчетливые следы на сыром снегу.