Хранители Сириуса.

Некоторое время Астан лежал и просто смотрел в темноту. В голове его вертелась лишь одна мысль:

«Этого просто не может быть!».

Но вот усталость взяла своё, и он, закрыв глаза, уснул. Когда он проснулся, то решил, что всё, что с ним произошло, просто кошмар, приснившийся ему. Он потянулся, увидел свои руки и понял, что всё это далеко не сон, а вполне осязаемая реальность. Откинув одеяло, он сел на кровати. Оглядевшись, он увидел на соседних койках мирно спящих зулов. Несколько минут он просто сидел и смотрел на них, не шевелясь.

Его взгляд упал на окно, и он увидел, что ещё очень рано. Небо за ним только стало светлеть. Астан встал со своей койки и, стараясь никого не разбудить, вышел из спальни. Он оказался в комнате, где накануне вечером попробовал первую в своей жизни кровь. И тут он увидел Юстаса, он стоял возле окна и, скрестив на груди руки, смотрел в окно, не отрываясь. Астан подошёл к нему и, встав рядом, тоже посмотрел туда же. Город за пределами лаборатории только стал просыпаться, по ещё сумрачным улицам шли редкие прохожие.

По краю дороги, отрезок которой был виден из окна, ехал одинокий минерайзер. Некоторое время они так и стояли молча. Но вот край дневного светила показался из-за горизонта, и первые его лучи осветили город, прогоняя из него ночь.

Юстас, наконец, прервал своё молчание и словно про себя произнёс:

-Как же всё-таки красив наш город. И почему я стал это понимать только тогда, когда теряю его навсегда?

Астан с удивлением посмотрел на него.

-Почему вы теряете его навсегда?

-Потому что через два часа мы с вами отправимся на Анис и больше никогда не вернёмся сюда.

-Вы так думаете?

-Я в этом уверен!

-Но почему?

-Для этого есть причины. Главная это то, что мы с вами никогда не станем прежними. Мы теперь зулы и таковыми останемся до конца своих дней.

Эти слова пронзили сознание Астана, словно молния. Он посмотрел на Юстаса, и на его лице был написан невыразимый ужас. Внезапно охрипшим голосом он произнёс:

-Мы никогда не станем прежними?

-Верно, никогда.

Мутация необратима. Кроме того, даже если бы это было возможно, и мы стали бы прежними, неужели же вы полагаете, что нам бы позволили вернуться к нашей прежней жизни? Мы теперь военная тайна империи, и я полагаю, нет, я просто уверен, что после того, как мы сослужим свою службу, нас, в лучшим случае, упрячут куда-нибудь подальше, либо просто уничтожат. Так что дороги назад у нас нет.