По волчьим следам

Ему было очень больно, и внутри, и снаружи, и эта боль, казалось, разъедает его оболочку, и в дыры вываливается все, что еще оставалось внутри — все отчаянье, все слезы и безнадежность. Иван чувствовал, как кровь течет по бедру и ноге, пропитывает сапог, и понимал, что долго ему не продержаться, но не мог заставить себя сдвинуться с места. Последним, что он увидел перед тем, как потерять сознание, был неясный силуэт волка, который вышел к нему из чащи.

* * *

Иван очнулся резко, рывком, будто его облили ледяной водой.

Он еще несколько минут лежал без движения, пытаясь понять где он и что с ним произошло. Мысли и воспоминания путались: то ему чудился огромный великан в облаке ледяных искр, то он видел себя Серым, мчащимся сквозь метель. Иван уже не мог разобрать, где заканчивается он сам и начинается другой, странный Иван, чувствующий себя волком.

Тело было ужасно слабым и не желало шевелиться, поэтому он разглядывал место, где проснулся. Судя по низкому земляному потолку и специфическому запаху, это была чья-то нора, а когда он заметил в дальнем углу белеющие кости, то понял, что жилище принадлежит хищнику.

Оставалось только надеяться, что неведомый зверь не приволок Ивана сюда в качестве обеда.

Он снова попробовал пошевелиться, в этот раз тело отозвалось болью, но послушалось, и Иван медленно подтянул под себя руки, удивляясь непривычному ощущению, и только когда посмотрел вниз, понял, в чем дело.

В старых легендах, которые он слышал и в Железном Лесу, и уже здесь, в Мидгарде, было упоминание о том, что человек, проснувшийся в звериной норе, сам станет зверем.

Иван тогда мало уделил внимания этой истории, больше его заинтересовал Кот-баюн, которого они с Серым однажды выследили в мертвом лесу, но сейчас он жалел о том, что не узнал эту легенду получше.

Иван невесело фыркнул и поднялся, неловко переступая на слабых, дрожащих лапах. Теперь он видел мир совсем по-другому, и это было очень странно, непривычно, но в то же время успокаивало, будто Серый снова был рядом.

Его тело словно бы еще не умело ходить, и прошло довольно много времени, прежде чем Иван выбрался из норы. Хвост тоже сильно мешал, цепляясь за все подряд, но зато звуков и запахов стало в разы больше, из-за чего Иван почувствовал, что у него голова идет кругом.

Заледеневший лес впереди был знаком, но Ивану потребовалось несколько минут, чтобы понять, где он видел его раньше.