Рыжий. Том 2. Остановившие бурю

Здесь она не была ни разу и теперь поняла почему: у отца просто не хватило бы денег купить ей все то, что она начала бы просить тогда…

— Чем могу помочь грассине? — раздался вкрадчивый голос.

На освещенное пространство вышел пожилой, даже старый, сутулый мужчина. Танайя поразилась, как его взгляд похож на взгляд знакомого ей торговца. Такой же цепкий, такой же хитрый.

«Обманет» — подумала девушка. — «Или позовет стражу».

— Я… — она откашлялась, беря себя в руки. — Мне нужно продать кое-что.

— Неудачный наем? — поцокал языком торговец, отходя за прилавок.

Танайя на миг замешкалась, потом вспомнила о своем виде и решила подыграть торговцу.

— Он еще не закончен. А вот деньги уже.

Торговец понимающе хмыкнул и достал увеличительное стекло:

— Можно взглянуть, что ты предлагаешь? Надеюсь, не семейные ценности?

Девушка достала оба браслета и ожерелье:

— Не семейные.

Сутулый торговец испытующе на неё взглянул:

— На падальщицу ты не похожа. На «ночную пташку» тоже... Откуда же у тебя украшения из «веселого дома»?

— Тебя это в самом деле так волнует? — со всей возможной холодностью спросила Танайя, вздернув голову.

Торговец опустил голову, разглядывая украшения.

— Нет. Конечно, нет. Просто спросил, что тут такого?

— Сколько? — нетерпеливо спросила Танайя и тут же мысленно выругала себя. Отец учил, что в делах торговых хуже нетерпения может быть только глупость.

Торговец рассмотрел ожерелье и восхищенно прицокнул:

— Да, это в самом деле достойно. Это, пожалуй, единственная по-настоящему ценная вещь.

Её я оставлю себе... Грассина кон Вару-младшая... Ты ведь не хочешь встретиться со стражниками? Понимаю, понимаю. Эта безделушка и пойдет в уплату за моё молчание. Молчание стоит дорого. Ну а за остальное... Я дам тебе девять талов(94).

— Что? — Танайе показалось, что она ослышалась. — Да это стоит, как минимум, двести!

— В продаже, безусловно. — закивал старикашка, лукаво улыбаясь. — Но я же не буду платить тебе цену продажи, правда? Мне ещё предстоит придумать, как ко мне попала явно украденная вещь.

— Ты... — девушка не могла найти слов, чтобы передать охватившее её возмущение. — Ты жалкий вор!

— Восемь талов. — перестал улыбаться торговец. Взгляд его стал цепким и злым: — И я подумаю, нужно ли мне хранить тайну маленькой воровки. Или получить еще пять десятков, шепнув, кому следует. Ну же, скажи мне, какой я подлый и мерзкий, помоги мне принять решение!

Девушка плотно сжала губы, удерживая рвущиеся слова. Ей хотелось ударить мерзкого типа.