Рыжий. Том 2. Остановившие бурю

Как таковой, тропы не было, были проходы между большими и малыми камнями, один раз пришлось идти под обрушившейся базальтовой плитой, образовавшей узкий лаз. Но любая дорога рано или поздно кончается и колокол спустя Саргу со спутницей открылся величественный водопад. Каскады воды с огромной высоты рушились в пропасть, создавая облако брызг вокруг. Живописный разноцветный мох выстилал скалы, карабкался вверх, украшая водную постель разноцветными мазками. Вокруг извивались невысокие горные крепты (деревья со ступенчатой кроной и изогнутым, извилистым стволом.

Листья крепт похожи на мягкие иголки и покрыты липкой пыльцой), увешанные яркими разноцветными лентами. 

— Вам туда. — юный вархаз пальцем указал направление и, не прощаясь, побежал обратно в селенье. Доранта фыркнула насмешливо.

— Ладно тебе. Мальчик смущается. — улыбнулся Сарг. — Пошли, времени все меньше, а идти нам еще долго.

===========================================================================================

(96) Тугури — пирамидальные деревья, сродни земным пихтам.

Имеют мягкие иглы и корявый, словно изломанный ствол. У горцев Раздельного хребта крайне ценятся за свои антибактериальные свойства.

Предательство и расплата

Казалось, прошла вечность. Вслед им стреляли. Но Танайю так шатало на бегу, что ни одна стрела её не задела. Терсен тоже петлял и тоже остался невредим. Потом стрелять перестали. Почему — Танайя не задумывалась. Но кустарник предлесья вдруг стал ближе. Они вломились в кусты, не разбирая дороги.

Потом вдруг наёмник пропал из вида. А девушка все переставляла ноги, почти ничего не видя. Ветки хлестали её по лицу, что-то отчаянно мешало бежать, цепляясь за стволы кустов. А потом подлесок поредел и кончился. И она без сил упала в первую попавшуюся ямку под корями, исполнив, наконец, своё желание: свернуться клубком и не двигаться.

В таком виде её и нашел колокол спустя гильдеец. Он времени не терял даром: где-то нашёл воду, умылся, привёл в порядок волосы, отряхнул одежду и замыл брызги крови.

Встав над свернувшейся в позе новорожденного девушкой, наёмник хмыкнул:

— Ну и зрелище... Тебя как будто спардары драли.

Танайя приподняла голову. Глаза слезились, она не сразу рассмотрела, кто говорит. А рассмотрев, с трудом поднялась.

— Опять бежать?

Терсен расхохотался:

— Неужели понравилось? Успокойся, бегать сегодня больше не надо.

— А-а... стража?

— Стража сюда не сунется. Им за героизм не платят.