Мера хаоса

В каждом ограничении, если задуматься, заложены бесконечные возможности свободы... 

- Это как?

- Сейчас ты свободен в том, лежать тебе или стоять, петь песни или спать, - пояснил шут, - и последний вариант нравится мне больше всего. Чутье говорит, что завтра будет тяжелый день.

- Как обычно в последнее время, - буркнул Хорст и тоже принялся укладываться. В животе бурчало, но еще со времен странствий в качестве бродячего сапожника уроженец Линорана привык спать голодным.

            Разбудили их вскоре после рассвета и, не дав как следует продрать глаза, отвели ко входу в пирамиду.

- Солнце красит белым цветом стены древнего кремля, - пробурчал Авти, - просыпается с рассветом вестаронская земля... 

            За бравадой шута очевидно крылся страх и Хорст вполне понимал спутника. Сам чувствовал себя неловко перед темным провалом в громадном теле каменной пирамиды. Охранники-холиасты выглядели так напыщенно, словно их всех мучил запор.

            Из чрева исполинского строения появился вчерашний горец в красном, приглашающе махнул рукой.

- Пошлы, - велел старший из охранников.           Несмотря на яркое солнце снаружи, под каменными сводами ощущалась прохлада. Шаги глухо отдавались в узком коридоре. Стены его покрывал рисунок из переплетавшихся разноцветных линий. При движении возникало впечатление, что не ты перебираешь ногами, а странный ковер из толстых нитей проплывает мимо.

        Испещренная пятнышками света тьма распахнулась впереди. Исполинская полость занимала, судя по всему, всю пирамиду. В нишах чадно горели масляные лампы, вдоль стен рядами выстроились статуи, куда больше тех, что видели пленники в горном селении. Его святилище по сравнению с этим выглядело жалкой конурой.

- Подоыдытэ, - голос прозвучал от длинного и широкого, как стол на сотню человек, алтаря. Хорст увидел там две фигуры, одна принадлежала их проводнику в багровых одеждах, а вот другая.

.. излучала чуть заметное серебристое сияние!

            Хорст сморгнул, решив, что ему показалось, потер глаза. Но сияние не исчезло. Словно отблеск лунного света на серебре, оно мягко переливалась в полумраке, ничего при этом не освещая.

            Из ошеломления бывшего сапожника вывел толчок в спину.

            Хорст поспешно шагнул вперед.