Гамбит некроманта

Между двойняшками-кошками, исполнявшими во время случившегося акробатический номер под куполом местного шапито и потому не пострадавшими, но на многое насмотревшимися (они до сих пор держались за руки, будто боялись друг друга потерять) и ведуньей в порванном платье, именно сегодня приехавшей в столицу из Костромы, прибежала мама Ксении. Ничего она говорить не стала, просто обняла Женьку за шею и крепко поцеловала в щеку.

— В туалете просидел, ничего не видел, никого не слышал, ни о чем не знаю, — продиктовал некто Вениамин Лютовой.

Женька уже почти кивнул, но тут из стены вытянулось фиолетовое щупальце, а затем на его отростке сначала сформировался нарост, затем — капля, вздувшаяся словно воздушный шарик. Не прошло и десятка секунд, как перед ними предстал Щукр.

— Врет, — просипел он.

— Врунов — на мороз, — не отрываясь от очередного заявления, пробормотал Эд.

— Да на кой я вам? Я ж ничего… — начал Лютовой.

— Карманы выверни и проваливай. Щукр, займись, — бросил Эд и улыбнулся лебедушке в черном: — Не беспокойтесь, если будет возможно, найдем.

Существо вышло из стены. Под его немигающим взглядом Лютовой притих и больше не пытался спорить, молча встал и поднял руки.

— Терпеть не могу живодеров, — пробормотал Эд. — А мародеров — еще сильнее.

Услышали его все, впрочем, старик не собирался понижать голос. Несколько сверхов из толпы точно попробовали отступить. К каждому из таких из стены вышел новый Щукр.

Женька с облегчением перевел дух.

— Да что ему сделается? — усмехнулся Эд, догадавшись о направлении его мыслей по выражению лица, левой рукой достал из кармана расческу и принялся со всей тщательностью расчесывать усы.

— Вот! — чистый бумажный лист перед Женькой придавил увесистый кулон. В центре золотой монеты располагался молочно-белый кристалл. От него исходили нефритовые бороздки. По краю шла филигрань, на которой, если присмотреться, удалось бы разглядеть символы.

Женька потянулся к украшению, но вовремя отдернул руку: кристалл полыхнул кроваво-красным светом.

— Эх, молодо-зелено, — вздохнул сверх, — за цепочку бери. И записывай, давай: Семен Федорович Лесков…

Эд, ловко ухватив кулон за цепочку, перетащил его на свою сторону стола. Женька точно не имел ничего против этого.