Гамбит некроманта

Из-за закрывающего обзор стола не выходило рассмотреть подробнее, но синие отблески, разлившиеся по полу, похоже, вызвало колдовство. Нечто вроде защитного круга, о которых пишут в книгах.

Защитного ли?

Некр соединил ладони, а затем резко развел в стороны. Полыхнуло, и Женька зажмурился. Когда он открыл слезящиеся глаза, перед ними плясали разноцветные искорки, а граница мутного воздуха, отодвинулась, заключив в себя половину кабинета. Бездымное синее пламя плясало по столешнице, светились изумрудной зеленью лампы искусственного белого света.

Стены растворились в белесом мареве, потолок выгнулся, пошел волнами пол, а в углу засияла синяя спираль. Некромант менялся тоже: вначале утратив всяческий возраст, а затем резко помолодев. Так Некр, должно быть, выглядел лет в шестнадцать: угловатым подростком с очень тонкими и резкими чертами и отросшими ниже пояса волосами антрацитового оттенка. Женька вглядывался в его лицо, но не мог рассмотреть деталей. Он знал, что глаза светятся, кожа натянута на скулах, а щеки ввалились. Просто знал. Не видел. Затем Некр снова крутнулся в кресле, повернувшись к нему спиной.

Мгновения растянулись в часы. В глубине пенного тумана возникла темная точка, затем она начала светиться, выжигая пространство вокруг. Так спичка, поднесенная к газете, лижет бумагу. Наконец оттуда вылезло существо, мордой напоминающее богомола, с огромными миндалевидными глазами с белыми треугольными зрачками и темными радужками, клыками и жвалами, серебристым мехом с золотыми полосами и скорпионьим хвостом.

Задних лап у него не имелось, а передние конечности оканчивались двумя длинными пальцами с загнутыми когтями.

«Эдакая страховидла», — подумал Женька. Однако она и на треть не беспокоила столь сильно, как ссутулившийся в своем кресле некромант.

Потусторонняя сила практически не пугала и не вызывала даже тени тех ощущений, которые он испытывал еще совсем недавно. Сердце не сбивалось с ритма, даже не ускорилось, в висках не звенело. Неестественную, неправильную тишину не хотелось уничтожить.

Потусторонний мир не любил звуков. Некроманты магичили абсолютно бесшумно, прибегая к словам лишь в крайних случаях. Когда страховидла вылезла почти на половину, Некр повелительным жестом указал на кипу бумаг, и стоило существу прибрать ее, обмяк в кресле.

Пламя, на миг достигнув потолка, опало. Потусторонний мир отдалился и исчез. Стены стали стенами, потолок — потолком, а Женька, сам того не заметив, сорвался с места, обогнул стол и навис над некромантом.