Гамбит некроманта

Следовало подняться, как люди — по дорожке, — а не по пусть и пологому, но высокому склону, но она опасалась снова потерять след.

Храм казался неприметным в сравнении с ажурным, выполненным в византийском стиле, что встречал посетителей со стороны главного входа Коломенского, и купол у него был круглый. Зато он по-прежнему дышал древней силой, частично питаемой от кладбища у его основания. Мертвые лежали по всей этой земле, несколько веков назад здесь прошли бои, но беспокоить их Дари не решилась. Древней Руси она не застала и, соответственно, та не знала ее.

Мертвые могли не откликнуться, не захотеть помогать, а то и попробовать навредить, распознав чужака. Предки были могущественнее потомков. Они еще помнили те времена, когда почитаемые, а отнюдь не проклинаемые жрецы Чернобога призывали духов в помощь обычным людям. Многие десятилетия те питали потусторонних существ собственной верой, а не шли за милостью к чужому ревнивому богу, пришедшему на Русь с Востока, откуда издавна не являлось ничего хорошего, лишь враги.

Небольшой складной нож с тонким лезвием, остроте которого позавидовал бы скальпель хирурга; алая «лента» опоясавшая запястье; несколько секунд безопасности, которые стоило употребить с пользой. Первым делом — предупредить.

— Дари, какого…

— Тихо, Дерк. Тихо, — она сосредоточилась, припоминая все свои ощущения, начиная с мига, когда прошла в ворота. Тогда она еще не знала, с чем столкнулась, но неосознанно подмечала мелкие детали, запоминала их, ощущала возмущение явного пространства, растревоженного вторжением потустороннего.

— Голошеи… — обронил Дерк. Кажется, он сам не поверил в произнесенное.

— Да, Людвиг. Да, — она не хотела звать его человеческим, давно позабытым именем. Однажды очень давно на одном из балов именно так представился ей юный отпрыск знатного, но в одночасье обедневшего рода. Оно сорвалось с губ само. — Считай, я спасла Вербу жизнь.

— Я найду и убью того, кто вызвал «это»!

— Помоги Некру отыскать библиотекаря.

Знаешь, теперь и я поверила, что это он. Сила заемная. Наши никто не посмел бы вытащить с Рубежа именно этих существ.

— Дождись…

Продолжения фразы она не расслышала: время кончилось, порез на запястье закрылся.

— Благодарю, — захотелось поклониться и храму, и тем, кто лежал у его основания, но Дари сдержалась. Она некромант, а значит должна сохранять достоинство и не проявлять излишней сентиментальности: люди засмеют, а мертвые не поймут.