Гамбит некроманта

«Люди все же донельзя странные существа, — часто повторял Некр. — Живут свободно — страдают всякой хренью, изводя и себя, и других. А как появится пакость, их порабощающая, вспоминают о гордости, справедливости, чести с достоинством и начинают отстаивать себя. Дальше выходит согласно извечной мудрости: все не убивающее делает лишь сильнее… быстрее, умнее и, как ни удивительно звучит, нравственнее в хорошем смысле, а не идиотского пуританства, часто под этим словом понимаемого».

Означало ли это, будто для людей цель жизни — противостояние кому-то или чему-то или Некр все слишком упрощал? — вопрос, как говорится, на миллион.

— В Ордене тебя осудили бы, — заметил Роман.

Некр хмыкнул.

— Какое мне дело до ваших пустоголовых вкупе с людьми, пусть их и миллиарды? — высказывание ответа не предусматривало и, если не лукавить, являлось неверным по сути. Узнай все эти миллиарды о существовании сверхов и выступи против них единым фронтом, никакого Апокалипсиса, к которому стремится библиотекарь, не понадобится в принципе: снесут, шапками закидают, уничтожат, а затем неминуемо получат откаты из соседних миров, справляться с которыми будет некому.

Может, кто-нибудь и выживет после такого, но будет их крайне мало. Снова в пещерах жить станут, следя, как бы не потухло пламя костра. — Лично я не собираюсь подстраиваться и тебе не советую, — сказал он резче, чем собирался. Уж очень не понравилась возникшая перед мысленным взором картина разрушенных и опустошенных городов и наступающей на них природы. Не то, чтобы Некру нравились урбанистические пейзажи, вовсе нет, но его до сих пор передергивало от воспоминаний о величественных зданиях инков, поглощенных джунглями. От звенящей пустоты когда-то шумных базаров, забытых храмов, каменных плит, которых более не касались ноги жителей, буйства растительности, щебетания птиц, взрыков хищников становилось не по себе до крика. — Это путь к самозабвению. Толпа всегда обезличена, невежественна и мерзка по сути своей. И ею настолько легко управлять, что даже неинтересно.

— А библиотекари пытаются.

— Да нет, не пытаются, — возразил Некр. — В том-то и соль. Управляют, но очень скоро впадают в уныние и черную тоску. Скучно же.

— И лезут к нам, чтобы развеяться. Ты полагаешь, он уже пробовал? С массами? А почему в новостях не передавали об очередном стихийном митинге или революции? И насчет людей. Ты действительно считаешь их настолько неважными?

— Я говорил о толпе! О толпе, не о людях.