Гамбит некроманта

— Мне не жаль их, — заверила она со злостью в голосе. — Они уничтожили мою страну.

— И мою пытались. А до этого убивали в Индии. Того, кто сначала выдумал Евгенику, а затем развил в фашизм, следовало проклясть насмерть до рождения, — сказал Некр. — Этих тварей не пустят даже в Навь.

— Куда же тогда…

— Есть способы, — вдаваться в которые он не собирался. — Ты готова? Сумеешь уйти незамеченной?

— Для людей — да. Но рыцари… они научились отличать нас и от прочих сверхов, и от людей.

— Древняя магия. Страшная, требующая слишком много сил.

Создать артефакт получилось лишь благодаря рекам крови, которую проливали не мы, но воспользовались ею. Как только возьмем бункер, и последний библиотекарь будет уничтожен, он рассыплется прахом. После тебя уже не найдут, а я позабочусь, чтобы никто и сейчас не обнаружил, — Некр наскоро осмотрел комнату. В углу нашлось несколько иголок, будто от высохшей новогодней ели, комок шерсти, какой-то мусор. — Лина, ты любишь ежей?

— Я… — она не договорила, смотря во все глаза на небольшой юркий комочек.

— Бери и иди, пусть будет твоим талисманом, — произнес Некр и вздохнул глубже, когда она поцеловала его в щеку.

Лина выскользнула за дверь. Некр прикрыл глаза, вслушиваясь в звук шагов.

— Охраняй, спаси, если потребуется, — приказал он, и слон-джин исчез.

Он еще немного постоял там, отдыхая. Боль унялась, и даже кровотечение ослабло, но помощь ему не помешает все равно. Орденские врачеватели — те еще умельцы, но починят быстро. Потом он будет воевать и убивать, вытравляя из сердца злость, которой за четыре года накопилось слишком много.

А сразу после этого проконтролирует уничтожение артефакта. Тот и без вмешательства не проработает долго, но… береженного вышние силы берегут.

Глава 10

Хорошо, что теребить или трясти его не стали. Впрочем, Роман — не истеричная барышня: откинул спинку кресла, устроил поудобнее в полулежащем положении, стер кровь, позвонил Дерку и принялся ждать. Ничего лучшего он все рано не мог сделать.

Хватило ума понять, что при всем драматизме ситуации, переходить в лучший из миров Некр пока не собирался.

Гораздо сильнее медленно восстанавливающегося тела беспокоило воспоминание, пришедшее за завесой беспамятства. Почему именно оно? Лина играла в этой истории какую-то роль или просто всплыла со дна памяти из-за своей причастности к хранителям знаний? Она благополучно исчезла из Берлина, не заявляла о себе в течение нескольких десятилетий.