Таинственные расследования Салли Локхарт. Тигр в колодце. Оловянная принцесса

Мужчина отпрянул:

– Нет, погодите, не надо…

– Успокойся, я же еще не бью. Просто говорю заранее, поэтому не жалуйся, что не предупреждал. Но сначала скажи мне: сколько еще народу работает на твоего хозяина?

– Больше никого, клянусь…

– Только ты один?

– Да, в этом отделе один, честное слово!

– А нет ли у него другого отдела, о котором ты не говоришь?

– Нет! Пожалуйста, отпустите меня! Я обычный человек, я просто пытаюсь заработать себе на кусок хлеба…

Билл ударил его и положил в карман записную книжку.

Отойдя на пару шагов от мужчины, который стонал, лежа в сточной канаве, он сказал:

– Кстати, на твоем месте я бы не курил здесь трубку. Вон оттуда газ идет. Такой взрыв получится… Хочешь еще по морде? Нет?

Он пнул его ногой, и ребята, надвинув кепки на глаза, вышли из подворотни и свернули за угол. Когда они были уже довольно далеко от переулка, Лайам сказал:

– Ладно, давай мою долю, и я сваливаю.

Билл раскрыл кожаную сумку и достал оттуда несколько монет.

– Держи, – сказал он. – Двадцать. Как и договорились.

– Там больше, чем двадцать, это точно.

– Мы договорились – двадцать, – ответил Билл. – Ты их получил. Не нравится – в следующий раз возьму с собой Брайди.

– Не трогай Брайди, – ответил Лайам. – Не впутывай ее.

Они обменялись недружелюбными взглядами и разошлись. Лайам повернул налево и пошел на юг в сторону реки и Ламбета. А Билл двинулся по направлению к Сохо.

Маргарет Хэддоу узнала бы жертву нападения: это был человек, которого она видела утром в конторе мистера Пэрриша.

Тот самый, что упоминал евреев. Звали его мистер Табб.

Через двадцать минут после того, как на него напали, он вновь направлялся к Пэрришу, но уже куда менее охотно, чем утром.

– Ты опоздал, – заметил Пэрриш, когда он вошел в кабинет.

– Мистер Пэрриш, я очень сожалею, меня ограбили…

Глаза комиссионера делались все шире по мере того, как он осматривал пришедшего. Разбитый нос, заплывший синяком глаз – все это произвело на него неприятное впечатление, однако лишь с эстетической точки зрения.

Пропавшая кожаная сумка беспокоила его куда больше.

– Где сумка? – спросил он.

– В том-то и дело, сэр, видите ли, ее отобрали…

Мистер Пэрриш встал.

– А книжка?

Мистер Табб сглотнул.

– Ее тоже. Они все отобрали, – сказал он. – Обчистили до нитки.

Челюсти мистера Пэрриша были крепко стиснуты, глаза яростно сверкали.

– Когда? – спросил он.

– Всего минуту назад.