Шепот звезд. Пилот

- Возможно, - не стал спорить с матерью молодой человек, оставшись равнодушным к ее вспышке. – Но я знаю человека гораздо хуже моего деда. Не догадываетесь, кто это, леди? – вперившись в Сольвейг испытующим взором спросил он чуть усмехаясь. 

Мать угрюмо молчала, не собираясь отвечать. 

- Безмолвствуете, - хмыкнул Орв, наблюдая за застывшей каменой статуей женщиной. -  Стыдно признавать себя дочерью человека, ради личной выгоды сначала продавшего свою приемную, а затем и родную дочерей? – он вернул ей ее же реплику.

– Ведь мой дед не похищал Вашу сестру, ее ему продал за весьма солидную сумму сам Матс Бергссен, Ваш родной отец, потомок некогда великого рода, горький пьяница, проигравшийся в пух и прах азартный игрок, находившийся на грани полного банкротства и преследуемый озверевшими кредиторами и ныне покойный. Насколько мне известно, по вашему приказу, не так ли? – по губам парня скользнула тонкая ухмылка. – Вы начали свой путь убийцы именно с него. Как я знаю из донесений моих людей, чтобы расплатиться с кредиторами Ваш отец не пожалел пятнадцатилетнюю невинную девчонку, отдав в руки прожженному негодяю и тем самым толкнув ее на кривую дорожку, с которой она свернуть уже не смогла. А спустя пять лет господин Бергссен точно также поступил и со своей родной дочерью. Но так как Вы были ему родней, а также беря в расчет Вашу безупречную генокарту и родословную, с Вами Бергссен обошелся куда милостивей, в этот раз продав Вас уже сыну все того же негодяя, надеясь, что Ингвар убережет свою наложницу от поползновений Свенельда, - тут Орв замолк, вытащил из внутреннего кармана пиджака небольшую черно-белую бумажную фотографию и, подойдя к матери, положил ее перед ней на широкий подоконник все также занавешенного окна. – И мой отец его не разочаровал, сделав Вас своей леди, хотя мог бы выбросить Вас на улицу после моего рождения. Но он совершил ошибку, полюбив Вас.

На фото, сделанном немногим больше десяти лет назад, была запечатлена вся их семья: Ингвар с женой и сыновьями, радостно улыбающимися в объектив старого антикварного фотоаппарата, выкупленного им у заезжих гоблинов, неизвестно какими судьбами занесенных на негостеприимный к ним Тарн.

Последний миг счастливой жизни супружеской четы Вестаров, остановленный во времени и пространстве и потому оставшийся в истории. Через две недели после создания этого снимка Ингвар Вестар попал в автоаварию, не справившись с управлением кара и получив серьезные повреждения организма.