"Владыка Мордора" Тысяча беглецов

Но там уже и не жизнь получается, а так, существование без души.

– Да кто умрёт-то, скажи толком?! Неужели Угулук?

– Сейчас сам увидишь…

Мы подошли к отдельно стоящим носилкам. На них я с удивлением увидел орка. Это был Шак-Карукат. В последнее время я как-то совсем забыл о его существовании. Дела нашей общины полностью отняли моё время, а он и не напоминал о себе. А ведь орк не урук-хай, очень сильно от них отличается. А вот за то время, что мы находимся здесь, потомок ханского рода ни разу не попал мне на глаза.

– Спасибо тебе, Гаруна Пьющая кровь, – произнёс он. – А теперь оставь нас и перед уходом накрой куполом. Нам нужно поговорить без лишних ушей.

К моему удивлению, строптивая старуха молча кивнула головой и пробормотала заклинание. Нас тут же окутало знакомое серебристое дрожание воздуха купола.

– Я попросил позвать тебя, Искандер, чтобы сказать нечто важное.

При звуках своего настоящего имени я вздрогнул.

– Ты заговариваешься, Шак-Карукат, меня зовут Искиндар. Но ничего, сейчас колдунья поможет тебе.

Ты выздоровеешь и сможешь уйти в своё стойбище к Чёрным вратам.

– Тебя зовут Искандер, а не Искиндар, человек. Так же, как меня зовут не Шак-Карукат. Моё настоящее имя Темуджин. Слышал когда-нибудь такое там, откуда ты родом? А вот я твоё слышал. Искандер Зулькарнай – это великое имя великого человека.

Сказать, что меня поразила немота изумления, это ничего не сказать. Теперь я знаю, как выглядела знаменитая сцена в гоголевском «Ревизоре» и по себе.

– Я вижу, ты несказанно удивлён, Искандер.

Но я действительно пришёл из того места, которое мы называли Земля. Вернее, не пришёл, а моя душа перенеслась из моего тела в тело этого орка.

– Да, я слышал это имя, – с большим трудом мне удалось преодолеть своё удивление, – но я не тот Искандер, про которого ты сказал. Я вообще жил намнооого позже знаменитого Искандера. И даже задолго после Темуджина. Но как ты оказался в теле этого орка?

– Так же, как и ты в теле Искиндара. Когда родной дядя продал меня в рабство после смерти отца, я бежал.

С колодками на руках и на шее бежать было трудно, но я бежал. Бежал до тех пор, пока не заблудился в джунглях. Несколько дней бродил я по ним и, в конце концов, набрёл на заброшенный древний город. Девятилетний мальчишка, голодный, оборванный и напуганный. Но я хотел жить и поэтому выжил. Когда начался ливень, я забрёл в пещеру, чтобы не мокнуть. К тому времени я уже избавился от своих колодок и руки мои были свободны.