Везунчик Леонард. Чёрный корсар

Что из всего этого получилось, сами видите, – развел он руками.

– А еще кому-нибудь говорил? – задал я вопрос, от ответа на который зависело очень много.

– Как будто бы нет. Ты же сам не раз повторял: хочешь сделать свою ложь убедительной, постарайся, чтобы она прозвучала из чужих уст. И тогда тебе самому останется лишь многозначительно молчать. Именно так я и сделал. А затем, когда ко мне стали подходить желающие, объяснял им: пусть они сами поговорят с тем, о ком именно идет речь.

Вообще-то тогда наш с Головешкой разговор шел совсем не о лжи, но сейчас на такие тонкости обращать внимание было некогда. Рев потенциальных сообщников Черного Корсара за стенами дома нарастал, и его уже нельзя было игнорировать.

– Придется выйти, Лео, – сказал Блез.

– Придется, – вздохнул я.

И уже направился к выходу, когда за рукав уцепился Головешка.

– Лео, у тебя обязательно все получится! – зачастил он.

– Что именно?

– Выдать себя за Черного Корсара.

Только для пущей достоверности необходимо надеть вот это, я ее специально приготовил. – И Тед рывком извлек из кармана наглазную повязку, полностью испещренную черепами и скрещенными костями. – У Черного Корсара одного глаза нет, я узнавал.

Себе на лоб надень, пират недоделанный!

Я отодвинул его руку.

– Обойдусь.

Толпа на улице продолжала шуметь, теперь уже требовательно.

– Как «обойдусь»? – ужаснулся Головешка. – Они же не поверят!

И правильно сделают.

– Хотя бы усы прицепи, – продолжал настаивать он.

Машинально я провел по тщательно выбритому накануне вечером лицу. Рейчел на нем не нравилась любая растительность, да и самому мне она только мешала.

– Ну и как я их себе прицеплю? Они что, под ногами валяются? Поднял и прицепил? Сходи скажи им, – указал я на дверь, – чтобы они подождали пару недель, а лучше месяц, пока у меня усы отрастут.

– Можно их у Блеза как-нибудь отодрать.

 – У Блеза действительно имелись усы. Пышные такие, но светлого, почти белого цвета. Как и его волосы. – Только их покрасить нужно будет, – развил свою мысль Головешка. – Сажей, что ли?

Блез сжал свои усы в кулаке. По его виду было понятно, что расстаться с ними ради общего блага он не против, только как это сделать? Не отдирать же их вместе с кожей?

– Может, мне их сразу сажей нарисовать? – усмехнулся я.