Патол. Акт первый: Тень.

Но кое как придя в себя, я как был голяком  отправился в закуток, на выходе из которого стояла бочка, вечером там  проходил и заметил, что она была на половину полная. Только после того,  как ополоснулся в нагретой за день воде, окончательно пришел в себя. И  подумал куда можно деть остатки от очищения. 

По-хорошему  их надо бы сжечь, а для этого мне нужен огонь, на удивление та дрянь  очень хорошо горит. Так что пришлось бежать за факелом. Хорошо, что в  этой части города они заменяли светильники, правда их было не так уж и  много, но и найти их не оставляет труда.

Правда перед тем, как  отправиться за факелом все-таки оделся, мало ли на кого во тьме набреду. 

Конечно,  бегать по городу с факелом в руке та ещё морока, но пока что другого  варианта у меня нет. Стоит в ближайшем будущем разжиться кремнем и  кресалом, хотя может тут и чем другим пользуются. Может у них тут есть  какие-нибудь магические зажигалки или ещё чего.

Но сейчас я бежал, ну как бежал, скорее ковылял, с факелом в руках. 

Вернувшись  к себе, просто кинул факел в черную жижу. Та вспыхнула как бензин,  буквально одно мгновение, и уже почти ничего не напоминало о том, что  тут что-то было. Интересно  все-таки, что такого выходит из организма человека, что он так  вспыхивает, надо будет как-нибудь провести эксперимент. Пошаркав ногой, я  спрятал последние следы творимого здесь непотребства, а порыв ветра  сдул последние остатки зловония.

Вот теперь можно и спать лечь, что я  сразу и сделал. 

Проснулся  я рано, еще даже светило не начало окрашивать горизонт в светлые тона,  хорошо, что мой внутренний будильник остался со мной. Из своей норки я  выбирался с кряхтением и четким желанием кого-нибудь убить. А ведь мне  ещё предстоит разминка, в которую я решил начать включать и тренировку  из стандартного набора военных.

 

Ближе  к шести утра, когда мои мышцы были хорошо прогреты, а косточки и  сухожилия хрустели от растяжения, только тогда я закончил утреннюю  тренировку. Никогда их не любил, и вообще я больше сова чем жаворонок, и  эти утренние подъемы меня всегда удручали. Но не любить и делать это  совершенно разные вещи, в моя воля достаточно крепка, чтобы заставлять  себя выполнять запланированное, в любое время.