Патол. Акт первый: Тень.

 

До  Самой кузни я двигался кратчайшей тропой, местами срезая через похожие  на мой родной тупичок. Делал я это даже не взирая на то, что за мной  следили, грамотно следили, и если бы не моё развитое восприятие и сонар,  то не смог бы даже понять этого. Но сейчас мне было откровенно плевать,  тем более что двигался я к кузне, даже если кто и узнает, что я тут  работаю то это совершенно не страшно. 

Благодаря  срезанной дороге, к кузне я вышел всего за полчаса.

Интересно, что  теперь будут делать наблюдатели. Но об этом у меня ещё будет время  подумать, а пока пора начинать работу и войдя в кузню, я взял ведра.  Нужно натаскать в обе врытые в кузне бочки свежей воды. 

Именно  за этим занятием меня и застал вышедший на улицу кузнец. Он явно был  удивлен и явно не ожидал увидеть меня сегодня вообще, не то, что за  работой. Но я даже не остановился, а просто продолжил таскать ведра. А  как только закончил, то приступил к горну, почистил зольник и выгреб  лишние угли из его нутра.

Отдельно отложил, явно на специально тут  стоявшую медную чашу, пару ещё красных угольков, но разжигать пока не  спешил. 

В  этот момент в кузню вошел кузнец, оценил обстановку, хмыкнул, после  чего водрузил на небольшой столик объемный сверток. От этого свертка  одуряюще пахло едой, но я старался не особо косить в его сторону, но вот  живот предатель меня все-таки выдал.

На это кузнец только улыбнулся в  усы и махнув в сторону свертка произнес. 

- Иди поешь. 

Меня  дважды упрашивать не нужно, так что я метнулся в угол к столику и тут  же развернул сверток. Внутри лежал шмат жареного мяса, луковица, кусок  хлеба, пара яиц и кувшин с шипучим квасом, ну и солонка с солью тоже  была. Втянув носом воздух, я жадно осмотрел это богатство, но сразу  набрасываться не стал, а поднял голову к спине кузнеца.

 

- Там всё тебе, - даже не поворачиваясь, но уловив мой взгляд подтвердил мою догадку он, и уже совсем тихо добавил, - заслужил. 

Зная,  что перед тяжелой и утомительной работой лучше сильно не наедаться, я  отрезал, тут же лежащим небольшим ножом, кусок хлеба и мяса, почистил  оба яйца и луковицу. После чего не спеша, хотя так сильно хотелось,  приступил к еде, при это тщательно жуя и пережевывая пищу.