Пламя Огнедола

Оно тянулось к небу сотнями увитых плющом колонн и колоколен, упиралось в подступившую со всех сторон чащу домами, щеголяющими архитектурными изысками. Вынырнувший из земных недр пятьдесят лет назад, вечный город стал несокрушимым символом новой эры, бессменным стражем Единства и нетленным обещанием больше не допустить вражды среди жителей Огнедола.

И если седые старики помнили Безвременье небольшой жемчужиной, только показавшейся из своей раковины, то в скором времени город разросся таким же неприкосновенным камнем, растолкал лес и сгладил холмы.

Кем был тот маг, сумевший возвести новые здания, так и осталось загадкой, но память о нем навеки застыла во времени, как и сам город.

Кирай с Лимусом расстались на причале, возвышающемся на окраине Безвременья. Маг отправился к гостиничному двору для государственных служащих, Кирай же пошел к корпусу послушников Соборного училища, что находился в старой части города, изобилующей лиловым вьюнком и сиренью, сейчас одетой в благоухающие соцветия.

Соборное училище стояло на площади прямо напротив Академии Картильи.

Территорию магов и послушников, высыпавших на улицу в погожий день, разделял восседающий в центре гигантский фонтан. Он же являлся и извечным местом встреч, где Кирай однажды столкнулся со сверкающим рыжиной парнем, зашибив тому бок и плечо. После их знакомства, напоминавшего о себе болью в ребрах еще пару дней, Лимус навещал церковника каждый раз, когда возвращался в город. Тогда Кирай и заметить не успел, как присутствие мага стало неотъемлемой частью его прогулок по Безвременью, конец которым приходил сразу же, как только егерь отправлялся на очередное задание.

В спальном корпусе царила сумятица. Послушников и церемонию Посвящения разделяла всего одна ночь, обещавшая стать бессонной для сотни церковников. Кто-то бормотал молитву Всевидящей, кто-то прокручивал в голове этапы прохождения квалификационных экзаменов, пытаясь предугадать их результаты, а кто-то прятал волнение за шумными беседами с товарищами и передачей опыта младшим курсам.

Тихо поздоровавшись с остальными, Кирай прошел к своей койке и, бросив рюкзак на пол, лег на кровать. Грудь саднило, как и шесть лет назад.

* * *

Их было трое, прошедших Испытание и сидящих в тесном кабинете перед Настоятельницей училища. Тугой пучок черных волос обхватил белый обруч, перекликающийся с такой же сверкающей белизной эмблемы Церкви на груди женщины.

— Сегодня вас трое. Трое из пяти тысяч, кого Зерно благословило, не изувечив плоть.