Пламя Огнедола

— Что ты намерена делать? Уверена, что мы будем там полезны? — Каюра не собиралась терять время, и Гериалу пришлось спрашивать на ходу.

— Меня одолевают подозрения, на которые я не закрою глаза. Странно, что они не посещают тебя, или же ты по какой-то причине не говоришь мне о них. Так или иначе, я хочу, чтобы ты и твоя группа помогли мне разобраться с тем, что здесь происходит. Сейчас я говорю от имени Командующей и, надеюсь, моя просьба не идет вразрез с указаниями по субординации егерей?

— Возьми себя в руки, — тихо, так, чтобы услышала одна только Каюра, попросил Гериал, не пропустив мимо ушей язвительность в тоне девушки.

— Мы со всем разберемся.

— Прости, — неохотно бросила она, коря себя за то, что дала волю чувствам.

Успев на последний автобус, идущий к шахте от станции дирижаблей, которая разместилась у подножья города, егеря заняли места в самом конце салона, чтобы лишний раз не пугать других пассажиров большим игольником за спиной Кирая.

Смеркалось.

Когда-то бывший небольшим поселением на отшибе мира, Шахтерск стал колыбелью культуры магов земли, превративших окружавший их камень в произведение искусства, щедро освещаемое строем фонарных столбов и гирлянд. Вытянувшийся вдоль горного хребта на четыре десятка километров, город питался электричеством гидроэлектростанции на Змей-реке — одной из немногих, независящих от силы магов.

Пусть до плодородных земель от Шахтерска нужно было добираться не меньше двух часов, город был достаточно богат, чтобы продовольствие стекалось к нему со всех концов Огнедола, наполняя полки спелыми фруктами и северной рыбой.

Будучи одним из крупнейших месторождений руд драгоценных металлов, камней-шептунов и прочих минералов, Шахтерск манил магов камня, словно смородиновый куст муравьев.

Улица тянулась вдаль, мелькая в окнах автобуса гротескными домами. Верхние этажи выглядывали из-за ветвей кленов, чьи листья купались в щедром свете фонарей.

Одетые в сочную зелень ветви ясеней и берез разбавляли багрово-синий облик города. В этом месте давно не осталось бедняцких районов, и даже трехэтажные дома-бруски неодаренных блистали архитектурными изысками и мозаикой из полудрагоценных камней.

Кирай, не отрываясь, разглядывал проплывающие мимо здания, каждое подсвеченное на свой манер цветными лампами.