Пламя Огнедола

— Думаешь, он ушел и вернулся в одно и то же место? — гудящие комары изрядно достали Лимуса, и время от времени он просто растирал их встречными порывами воздуха, выигрывая несколько минут покоя.

— Сложно сказать. Но Южнотрясинная слишком далеко, чтобы он шел оттуда. Хотя, он мог встретиться с кем-то и забрать у него баллоны. Но сейчас нас должно в первую очередь волновать, куда он пошел после. Как бы не оказалось, что мы имеем дело с магом.

Различил ли Следопыт вопросительный взгляд Лимуса или догадался сам о вопросе егеря, но он сразу же продолжил:

— Он шел сам, в этом нет сомнений.

Какой смельчак сунется на топи, рискуя повстречаться с трясинным котом? Он должен был быть уверен, что сможет защитить себя.

Благочестивый и егерь говорили тихо, но Кирай слышал каждое слово. Следопыт был прав в одном: неодаренный вряд ли бы осмелился прогуливаться в подобных местах. Оставались укротители, церковники и ментальные маги. Но кто из них?

Каюра поняла, что в чаще кроме них есть и другие люди, когда трясинный кот потянул носом пахнущий пшеничной кашей и вяленым мясом воздух.

К ним примешался резкий запах синтетической ткани и мочи. Каюра собиралась сообщить спутникам о находке, когда ее разум обожгло переданным через сознание трясинного кота приказом убираться прочь. Зверь сломя голову ринулся назад, не реагируя на волю девушки, а сама она пошатнулась, вцепилась ногтями в локоть Гериала.

— Что-то не пустило меня, вернее, трясинного кота дальше, — взяв себя в руки и ослабив хватку, Каюра помотала головой.

— Впереди лагерь и, скорее всего, к нему и ведет след.

— Не пустило? Подожди, Благочестивый, — Гериал выплюнул лист, превратившийся за время похода в однородную кашицу. — Я сам попробую.

Егерю понадобилось пару секунд, чтобы отыскать разум трясинного кота, успевшего убежать довольно далеко от напугавшего его импульса. Вернув зверя по его же следам, Гериал, как и Каюра, обнаружил чужое присутствие, и, попытавшись провести кота дальше, поморщился от ворвавшегося в голову приказа.

Это не была сформулированная словами мысль, скорее вихрь эмоций: тревога, страх, предчувствие неминуемой беды, если не повернуть назад.

Поборов передавшиеся ему от зверя чувства, Гериал полностью подчинил сознание кота себе и толкнул вперед. Тот метался, жал к голове уши, драл землю когтями, но так и не сделал даже шага за неосязаемую черту. Поняв, что продолжи он в том же духе, и кот просто сойдет с ума, Гериал отпустил того на волю.

— Не прорваться, — изрек он.