Пламя Огнедола

Он заприметил этого мальчишку еще на первом курсе — нескладного, жмущегося к шумным стайкам первогодок и не находящего себе среди них места. Он даже наголо обрил голову, послушав фигуристую укротительницу воды, несколько раз обещающе улыбнувшуюся ему. Вот и сейчас, прильнув к сидящему рядом черноволосому парню, та подговаривала очередного дуралея на новые свершения.

— Изучите главы с третьей по шестую, — Норсан Роп заговорил громче, привлекая внимание расшумевшихся на задних рядах учеников. — Не скупитесь на записи! Они вам еще пригодятся, когда вы будете пытаться списать на экзамене.

Поднявшаяся болтовня и копошение слились воедино со звонком, и маги гурьбой посыпали из аудитории.

— Эй, Раскен, погоди, — окликнула его девица, наконец выпустившая из хватки своего ухажера. — Я такая глупая, набрала с самого утра в библиотеке книжек воз, а теперь вот плечо болит. Не поможешь?

Закрывая тетрадку, Раскен покосился на девичью сумочку, протянутую ему с уверенностью, что тот не посмеет отказать.

— Да, конечно, — широко улыбнувшись, парень взялся за ручки и, воодушевленный женским вниманием, не обратил внимания на плутоватые огоньки в зеленых глазах.

Тяжесть в руке внезапно стала неподъемной, а запястье болезненно щелкнуло. Сумка с глухим грохотом упала на пол, никак не реагируя на попытки Раскена ее поднять. Догадаться, что внутри нее лежал камень, было несложно, чего не сказать о том, чтобы сдвинуть его хотя бы на миллиметр.

— Что такое, Раскен, силенок не хватает и дамскую сумочку понести? — едко бросил проходящий мимо парень.

— Ну вот, только ткань испортил, — девушка оттолкнула Раскена и, подняв сумку, будто та была легче перышка, смеясь, вышла с галдящей компанией прочь.

В очередной раз растеряв всю свою гордость, Раскен застыл над сброшенной кем-то на пол тетрадкой с отчетливым отпечатком подошвы прямо поверх исписанного листа.

— Раскен, — подняв глаза, юноша вздрогнул от вида застывшего над ним Норсана Ропа, — я хочу, чтобы ты зашел в мой кабинет после занятий. В семь, пожалуйста.

Судорожно сглотнув, Раскен кивнул.

Позже вечером, переминаясь с ноги на ногу перед дверью, он все гадал, зачем понадобился лектору. Мысль, что все дело в его опоздании, не давала спокойно вдохнуть.