Сияние севера. Книга 1. Холод твоего сердца (версия переработанная и дополненная)

-Он бы одобрил, -добавил Горазд допивая чай и оставляя пустую кружку на столе. -Я уверен, что больше всего на свете он бы хотел, чтобы ты была счастлива.

Тихий шёпот не столько слышимый, сколько угадываемый по робким движениям губ: -Спасибо…

Без спешки, но и без лишней медлительности, Горазд собрал вещи. Купив на последние оставшиеся деньги биллет, доехал на автобусе до ангаров временного хранения военной техники, где пересел на своего собственного мизгиря. Уже на танке-пауке, своим ходом, дошёл до погрузочного терминала главного вокзала города Нового Уренгоя.

В дорогу ему хозяйка квартиры, где он снимал комнату, положила штук десять завёрнутых в полотенце холодных котлет.

Глава третья. Поезд на фронт

За ночь серьёзно похолодало. На улице минус пятнадцать, не меньше. Стоит только выглянуть из уютной кабины мизгиря наружу, как проснувшийся мороз начинает покусывать щёки. Кусает пока не больно. Закрывать лицо маской или шарфом нет необходимости.

Тепловая аномалия, с начала месяца накрывшая Ямало-Ненецкий округ скоропостижно исчезла.

Люди радовались лёгкому морозцу как старому знакомому. Скоро, совсем скоро он станет злым, будет жалить и тереть снежным наждаком не вовремя высунутую щёку или нос, но и то хорошо. Холод - это жизнь. Холод - это безопасность. И надежда.

На железнодорожном вокзале Нового Уренгоя, откуда с самого утра отходили следующие в ноябрьский укрепрайон поезда, царила строго упорядоченная суета. Один за другим тяжёлые составы с загруженными военной техникой платформами и забитыми бойцами пассажирскими вагонами отправлялись в Ноябрьск.

Давно ожидаемая зима наконец-то вступала в свои права и катилась с севера на юг. Вместе с морозом и холодом - шли люди.

Дожидаясь очереди на погрузку, Горазд полулежал в кабине своего мизгиря, пусть пока без дополнительного вооружения, но уже с загруженным стандартным комплектом боеприпасов, а значит уже во вполне боевой машине и наблюдал за запланированным бедламом и строгой суетой, всегда возникающей при передвижении больших групп людей и техники.

Неподалёку толпились несколько сотен операторов ИТБ, индивидуальной тяжёлой брони. Камуфляж сейчас выключен, поэтому пехотинцы выглядели эдакими великанами, почти под два метра ростом, с ног до головы закованными в чёрную броню. Технорыцари вооружены чудовищного калибра винтовками «танкобоями» вложеными в крепления за спиной. Стволы монструозных винтовок возвышаются над головами тяжёлых пехотинцев как редкий лес копий.