Аспирра: таланты Мудреца

И потому уже на следующее утро Лука, растерянный и сонный, желая постичь искусство матемагии, вышел с игральной доской во внутренний двор замка в поисках человека, способного обучить его правилам. Охотнее всего сыграть пару партий соглашались слуги, которым было далеко «за», и одним из таких стал седовласый и пухлый старик Карим, главный повар на кухне, объяснивший правила простым и понятным языком.

Оказалось, смысл игры в линии был прост: побеждает тот, кто выкинет наибольшее число и поднимется на вершину треугольника.

Но чтобы добраться до нее, необходимо было запомнить все возможные тонкости, не говоря уж о комбинациях костей. Нечетное число — фигура на доске пойдет вперед, четное — вправо или влево, а двузначное нечетное число было способно отбросить игрока на несколько ходов назад.

Поначалу игра казалась сложной, но со временем Лука наловчился и стал искать соперников среди солдат Озана, играющих исключительно на райндкоры — южное золото и серебро.

По идее к доске и костям должен был прилагаться стаканчик, но стаканчика не было, и северянин кидал кости по одной.

Девятка — счастливое число. Три тройки на доске равнялись благоговейному ужасу в глазах соперников. И конечно же удача здесь была ни при чем. Выучить на ощупь каждую старую зазубринку и научиться выкидывать кость нужной гранью — плевое дело.

После нескольких громких побед солдаты, лишь завидев Луку с игральной доской, тотчас разбредались по своим постам, пряча опустевшие кошельки. Тогда северянин решил, что готов, и предложил калифару сыграть его долгожданную партию.

И вот настал тот самый день: по чистому небу яркими красками разливалась заря, а крики чаек смешивались с мягким плеском морских волн, бьющихся о скалы. Калифар пригласил Луку в одну из своих беседок, расположенных за стенами Алриха, которая, с его же слов, хорошо просматривалась меткими арбалетчиками. И северянин не мог с этим не согласиться: маленькое белокаменное строение с куполом отличалось от мрачной обители калифара и было отлично видно издалека, стоя почти на самом краю отвесной скалы.

Дорога до беседки была выложена плоским серым камнем. Топая вверх к манящему белокаменному куполу, Лука изредка оглядывался на городскую пристань: отсюда открывался завораживающий вид на порт, что простирался по широкой пыльной дуге побережья.

Не вернулась ли случаем Аспирра? Нет. Не видать.

— Опаздываешь, — невозмутимо прошипел калифар, когда Лука занял место напротив него, положив перед собой игральную доску, фигурки и кости.