Аспирра: таланты Мудреца

Подняла меч, тот едва держался в руке. И быстрыми шагами, будто сама не своя, направилась на нижнюю палубу, волоча его за собой, — никто не погнался следом.

Я не знала, сколько времени прошло, прежде чем Кальд нашел меня в темноте, сидящей в клетке, из которой нас с Ранко выпустил Берген. Сначала он встал, молча прижавшись к прутьям, а потом сполз вниз, присев напротив.

— Ты никогда не убивала? — спросил он спокойно, без обиняков.

— Но не так, — слова пришлось из себя выдавливать. Лучше бы я просто промолчала.

— Дай угадаю, — произнес Кальд, выдержав паузу. — Если нужно было кого-то убрать, ты просила об этом духа Бездны?

Я кивнула, стерев слезу с щеки. Здесь было достаточно темно, чтобы Кальд не увидел моего заплывшего лица.

— Лишь одного человека я самолично отправила за Последние врата. До сих пор вижу его лицо перед собой, безглазое и искаженное страхом.

— Каждый из нас кого-то видит — такова цена, — попытался успокоить меня Кальд. Хрипота голоса, будто бы уже родного, усыпляла внутренние тревоги.

— Но со временем к этому привыкаешь. Здесь либо ты, либо они, а перед Пастью Бездны уже ничто не будет иметь смысла — мы все будем равны.

Снова повисла тишина. Корабль качался на волнах и скрипел, а где-то в его нутре веселились и гоготали люди, будто бы аспиррцам было неважно, кто стоит у штурвала «Аспирры» и чья кровь омывает палубу — лишь бы выпивка была.

Простое отношение к жизни: дар или проклятие?

— И все-таки, — продолжил Кальд, нарушив молчание, — когда кровь скользнула на доски, ты заулыбалась так тепло и радостно, будто ты дома.

— Я... не знаю, — от одного воспоминания о Вацлаве кислая тошнота подкатывала к горлу, — наверное, это все книга Бездны.

— Ага, — саркастически проронил Кальд. — Только я закрыл ее еще вчера.

От этого стало еще более мерзко. Меня передернуло.

— Послушай. — Он подался вперед. Как бы мне ни хотелось, но в этом полумраке я не могла разглядеть лица друга, необычного и по-своему красивого. — Это больше не Кайшен и даже не Север. Это — море, и здесь каждый может быть собой, не прячась под личиной кого-то другого.

Подумай над этим, Йерра. Может, пора принять себя такой, какая ты есть?

— Убийцей? — зашипела я.

— Тогда каждый на «Аспирре» убийца. И что с того? — Тут он резко сменил тему, покачав головой: — Когда ты в последний раз дралась с кем-то? По-настоящему? Этим же мечом?

Окровавленный клинок лежал между нами как черта, которую не стоит переступать.

— Никогда. — И эта мысль меня напугала.