Аспирра: таланты Мудреца

Мелькихор… — залепетала она, пытаясь отползти как можно ближе к лестнице, прижимая к телу изувеченную раздувшуюся руку. Возможно, Боги будут к ней милосердны, и она умрет не от рук Луки, а оттого, что покатится кубарем вниз по лестнице и расшибет себе голову.

— Южанка? Торговка? В Кайшене? — Лука раздражался все сильнее с каждым произнесенным словом. Правда, которую он так рьяно желал узнать, его только разозлила. — Какая чушь! Имперцы никогда не забираются так далеко на Север.

— А вот возьми и проверь. — Кейпа зажмурилась и лихорадочно захлюпала носом, когда мучитель вновь присел возле нее.

— Надеюсь, тварь из книги этой ведьмы размозжит тебе череп, будь вы оба прокляты!

Лука уже тянулся к ее единственному оставшемуся уху, щелкая ржавыми ножницами. Но после ее слов почему-то вдруг остановился, замер, а лицо его осунулось и побелело, словно известь.

— Повтори, Кейпа.

— Да-да. — Она приоткрыла один глаз, и уголок ее бледных губ скривился. — Тварь из книги! Эта Мелькихор настоящая ведьма! Она тебе не по зубам!

Рука с ножницами опустилась.

Лука продолжал глядеть на Кейпу, но как-то отрешенно, будто сквозь нее. Глаза потеряли прежний живой блеск и превратились в стекло. Что это, неужели страх? Кейпа вдруг ощутила неожиданный прилив сил и надежды. Это ощущение окутало ее с ног до головы, словно теплая волна, нахлынувшая на берег. Возможно, она еще увидит новый рассвет.

— Как выглядела книга, Кейпа? — Голос мужчины стал тихим и почему-то задрожал.

— Белая и толстая, старая, — она поморщилась, силясь вспомнить, словно каждое ее слово увеличивало шансы на спасение, — с драгоценным камнем на обложке! И этот камень светился!

Лука встал и побрел прочь, что-то изумленно бормоча себе под нос.

Причем на южном наречии. Выглядел он потрясенным и каким-то потерянным, с блуждающим взглядом, как у пьяницы. Неужели новость про ведьму так сильно его напугала, что он даже забыл о том, что собирался сделать?

Пока Лука нависал над инструментами, повернувшись спиной, Кейпа кое-как поднялась на болевшие негнущиеся ноги.

Будь у нее кинжал, она бы непременно постаралась вонзить его Луке в спину. Но у нее ничего не было. Ничего. Только резкий проблеск надежды и недюжинная смелость, которой хватало лишь на то, чтобы постараться сбежать с Дажедры, пока северянин занят сам собой.

Один шаг, второй, третий… И тут что-то с болью врезалось в грудь, вонзившись промеж ребер. Кейпа судорожно втянула воздух и испуганно глянула на рукоять кинжала, торчащего у нее под сердцем.