Аспирра: таланты Мудреца

Посмотрела через плечо капитана — южанина явно не устраивало, как все повернулось. Его лицо перекосило от злобы, как у выродка из Пасти Бездны.

Поэтому надо впредь держаться от боцмана подальше.

— Кайзен, — обратилась Вацлава к старику, чья седая борода была заплетена в косу, а лицо терялось за бороздами глубоких морщин. — Разберись с мертвяками, ну а живого — к лекарю на стол, лицо зашивать. Уж слишком он страшный.

— Может, тебе чаю с успокоительными травами? — деловито поинтересовался у меня Велемир, и я вновь задалась вопросом: «Это удача, испытание или наказание?»

Снова повезло.

В который раз.

И где-то в темноте трюма предательски зашевелились дымчатые тени.

***

Цветочный аромат, умопомрачительно пряный, на миг лишил рассудка. Я зашла в каюту капитана, когда тот из чайничка уже разливал чай по глубоким фарфоровым чашкам — редким для Кайшена, а значит, очень дорогим. На крюках висели масляные лампы, тени плясали на стенах и бордовых занавесях, закрывающих застекленные окна-бойницы.

Широкая кровать, явно удобнее, чем общие гамаки, несколько шкафов, стеллажей, сундуков и тумб. Чертежные принадлежности, игральные карты, золотые монеты, пожелтевшие свитки, пустые бутылки, скучающие на стойках мечи и кинжалы, а еще бочки и ящики, поставленные друг на друга в дальнем углу каюты. И посредине всего этого «безобразия» стоял широкий деревянный стол с разложенной картой мира. И Стармор, и Империя, и Старый Оллевус-Келлесин — все как на ладони. Казалось бы, расстояние от Кайшена до Империи совсем небольшое, если, конечно, не смотреть на черную фигурку «Аспирры», которая не преодолела даже одной трети пути.

Для настоящего моряка море — его дом. А дом должен быть уютным и приятным на вид. Велемиру удалось создать уют там, где его, кажется, быть не может.

Он поприветствовал меня кивком головы, снял треуголку и жестом пригласил сесть за маленький круглый столик, накрытый красной тканью.

— Попробуй. — Он с довольным лицом протянул мне чашку.

— Это лучшее, что у меня есть. И нервишки шалить перестанут, и водоворот мыслей превратится в штиль.

Велемир был прав — пока он рассказывал причудливые истории о своих плаваниях, у меня перестали дрожать руки. Ровно до той поры, пока капитан вдруг резко не решил сменить тему, прищурив темные глаза:

— Говорят, ты торговала информацией в Кайшене. Скажи мне, Йерра, знаешь ли ты что-нибудь о семье Бритсов, о чем не знает никто другой?

Я поперхнулась чаем.