Целитель. Чужая война

Правда, нормальный лук из просушенного тиса у нас всего один, остальные быстро сварганенные самоделки из оструганных веток с такими же стрелами, но расстояние небольшое, должно получиться.

— Как там? — спросил я. — Сколько охранников?

— Трое всего, но все рабочие с топорами, так что расслабляться не нужно.

Небольшая колонна показалась спустя полчаса. Две телеги, нагруженные пожитками и инструментом, в одной четверо, во второй двое плотников, один бездушный в головном дозоре, ещё двое по обеим краям дороги.

Все без шлемов. Видно расслабились они здесь.

Заранее договорились, что стрелки напротив, возьмут тех, кто в арьергарде, а на Сноре и Йорге впередиидущие. То есть, теперь один. Заметил, как Йорг указал старшине на телегу. Понятно. Жаль ли мне мастеровых? Прислушался к себе. Тихо. То ли я уже свыкся с тем, что вокруг постоянно умирают невинные, то ли просто достали меня уже Бездушные со всеми приспешниками. Тем более, эти, вроде бы мирные бородачи, по своей воле помогают белоглазым и кровососам.

Так что… Или они, или мы.

Тетивы хлопнули почти одновременно. Ехавший впереди бездушный завалился, со стрелой в виске. Льёт и Скъельд тоже не подкачали — одному стрела впилась в затылок, у другого древко торчит из спины, этот как раз не упал после первого выстрела, даже попытался развернуться. Снова засвистели стрелы, охранник рухнул, ни одного выстрела мимо, причём два в голову. Лошади заржали испуганно, забились, но из леса неожиданно ловко выскочил Бёдольв и перехватил поводья, и тут же мы кинулись на дорогу.

Плотников осталось пять. Старшина пристрелил одного, остальные вы прыгнули из телег, перехватывая топоры. Похоже, никто не собирается сдаваться.

— Вяжите бездушных! — заорал Йорг, выхватывая меч.

Кузнец и девушки, с верёвками кинулись к первому бездушном, уже начавшему дёргаться, а я скакнул наперерез плотнику, который развернулся к ним замахиваясь топором.

Только сейчас понял, что до этого момент не убивал людей. Да мы с мальчишкой размозжили голову бездушному, закололи и сожгли целую толпу кровососов, но они всё же давно перестали быть людьми. А теперь, передо мной самый обычный человек, хоть и озлобленный, и глаза у него не белёсые и не светятся жёлтым огнём, а просто серого цвета. Всё это промелькнуло в голове за ту секунду, когда древко чекана с треском столкнулось с топорищем.