Целитель. Чужая война

В результате, мозг, как бы «зависает» в ситуации, и при малейшем раздражении, сразу же включает механизмы выживания. Такое бывает у военных, вернувшихся из «горячих точек», жертв изнасилований, попавших в аварии… До недавнего времени, даже на Земле психиатры просто советовали «поменьше беспокоить» таких людей и глушили приступы нейролептиками[1], но теперь, им вполне можно помочь. Даже, как выясняется, насквозь не землянину, сотнику Йоргу, из деревни Серая окраина.

В ту ночь Йорг ещё кричал, командуя, погибшим полком, но, спустя два дня, мы впервые провели ночь в тишине и без беготни.

Правда, Льёт всё равно вскочил посреди ночи, беспокоясь о том, чтобы с отцом ничего не случилось, но тот просто спал, впервые за многие годы, покинув поле битвы.

***

Сегодня всё прошло почти гладко, если не считать того, что гончар скрипел зубами так, что я думал, начнёт плеваться осколками, но где-то через час задышал ровно и спокойно.

- Заканчиваем, - сказал я, когда картинка перестала быть живой.

– Давай-ка поищем ресурсы, для того, чтобы жить без войны.

- Не знаю я… - начал было Йорг, но это песня известная.

Я, без лишних разговоров, просто подсунул ему колоду с изображениями ситуаций.

- Попробуй вытащить отсюда. Только намерение создай.

- Я создаю намерение… - послушно прогудел Йорг. - … вытащить тот ресурс, который поможет мне жить без войны.

На вытащенной картинке карабкалась по каменной стене виноградная лоза – тонкий росток качался на ветру, вздрагивал под напором дождя, сбрасывал листья осенью и снова распускал весной.

Картинка повторялась снова и снова, словно подсказывала что-то бывшему сотнику.

- Как думаешь, это о чём? – спросил я завороженного изображением Йорга.

- Он… просто живёт, - ответил тот наконец. – Сражается, умирает, но снова живёт…

- А как это к тебе относится?

- Я тоже так могу… - ошарашенно посмотрел на меня бывший сотник. – Оказывается, могу…

- Представь, что это умение впитывается в тебя.

Йорг закрыл глаза, и я увидел, как картинка, превратившись в тонкую цветную струйку, взвилась в воздух и словно живая запорхала вокруг головы воина всё больше растворяясь.

- Всё, - выдохнул я. – Можно идти работать. – Нам бы ещё пару лун поработать… Ты бы совсем ожил.

Он не ответил, просто кивнул и скрылся в той части дома, где установлен гончарный круг. Через несколько минут послышался гул гончарного круга, а у меня тоже дела есть.