Спасатель

В пещерах ведь всегда прохладно. Опять же селитру можно заготовить… если она там найдется.

Как искать пещеру, да еще с высоты, среди зарослей да камня? Так тепловизор на что? К счастью не разбился.

Правда оставался вопрос с вертолетом и всем его содержимым.

Впрочем, большую часть всего самого ценного он собирался спрятать.

«По-хорошему, даже сам фюзеляж надо полностью разобрать и заныкать, а не использовать его в качестве жилья, чтобы его не растащили, пока нас не будет на месте, – подумал он.

Но всем этим он собирался заняться после разведывательного полета с поиском более удобного места для проживания. Александр учел рассказы Лагуны о том, что вблизи гор жить опасно из-за возможного рейда отряда людоловов. А они так близко к хребту, что их могут визуально обнаружить, узрев тот же дымок от костра.

Лагуна радостно закричала оторвавшись от земли.

– Обожаю летать! И не надо поклоняться никакому Болнасу, чтобы получить наслаждение!

– Посмотрим, что ты скажешь к вечеру, – усмехнулся Александр.

Он-то знал по собственному опыту, что затяжной полет выматывает все силы и к вечеру все тело будет ныть так, словно разгружал вагоны, и за наслаждение придется расплачиваться болью.

Довольно серьезная загрузка дельтаплана все же сказывалась и Александр делал не больше сорока километров в час, а вот Лагуна делала километров на двадцать больше и ей было довольно муторно держать одинаковую с ним скорость.

Так что Долгушин немного изменил схему полета, увеличив амплитуду зигзага Лагуны, так что когда спасатель начинал свой поворот на север она улетала дальше на восток или запад до горизонта не выходя из визуальной видимости и возвращалась, к тому моменту когда Александр половину своего пути на отрезке «восток-запад». Некоторое время они летели вместе, Лагуна по рации отчитывалась, что увидела и снова уходила в сторону.

Такая схема полетов оказалась гораздо эффективнее, удавалось осматривать куда как большую площадь. Впрочем особых результатов на первых порах не было.

На дневных и вечерних стоянках они сводили в единую карту свои полетные схемки. Получалось крайне приблизительно, хотя Александр старался выдерживать частоту или можно сказать шаг амплитуды, ориентируясь на горизонт.

Глава 8

22

Вот пошел третий день полета.