Божественная бездна. Книга 4

Там нет места и пищи, придется расширять и без того разросшееся подземелье, на что у меня нет ни времени ни маны. да и как отнесется к этому сам Распорядитель вопрос открытый.

— Боль, подойди. – приказал я эльфийке в ошейнике, и она послушно подбежала, преданно и заискивающе вглядываясь мне в глаза.

— Что вы прикажете, господин? Я выполню! Что угодно! – быстро проговорила бывшая пленница.

— Хорошая девочка. – криво усмехнулся я, понимая, что сам представляю тех, с кем борюсь. Но, во имя большего добра… Максимально затушив свое пламя я притянул к себе эльфийку за ошейник.

— Хранительница! Выдай ей свитки, и инструменты, для создания устойчивых печатей. Боль, ты будешь работать пока не сделаешь сотню манускриптов соединения души, и общую схему пентаграммы для снятия ошейников.

— Да, господин. – почти с наслаждением прошептала эльфийка, и когда я ее отпустил с болезненным наслаждением облизала еще горячий ошейник. – Я сделаю все!

— Хорошо, Вата тебе поможет.

– кивнул я, прикидывая дальнейший путь.

У меня было несколько относительно свободных часов. Возвращаться к Химари, ГорТану и Мюриэль я пока не собирался, все их артефакты работали, стабильно вытягивая ману из сердца подземелья на шестом уровне. Несколько блямб форпостов уже появилось на восьмом уровне, но экстренные телепорты они пока не использовали.

Спускаться в старые подземелья для строительства – не было нужды. Я в любой момент мог открыть схему и накидать заданий для либлинов привязанных к конкретному уровню.

Использовать кузню я пока не мог, слишком много энергии уходило на создание путей подземелья и разрастание форпоста, маны не осталось даже на простейший клинок. Но и торчать в бездействии я не привык.

— Спартак, ты за главного. – сказал я, направившись той же дорогой, которой спускался чуть больше месяца назад.

Мое второе рождение было крайне болезненным, а потому накрепко отпечаталось в мозгу. Каждый поворот, каждая пещера или закуток – казались знакомыми, и я без труда нашел обглоданный и разорванный на куски скелет убитого мною надсмотрщика.

Смутное чувство важности не отпускало, пока я не добрался до своего первого осколка – опустевшего источника связанного с планом камня.

— Зачем я здесь? Почему меня тянуло в это место? – спросил я, у стен и полуразрушенных колонн, но они продолжали сохранять молчание и тогда я вызвал тех, с кем можно было поговорить.