Предания стальных веков.

За ней поспешили поражённые случившимся наёмники. Они не видели, как из пепла вновь появилась рука и голова пленника. Тот поднялся на ноги, взял меч убитого воина, оседлал его коня, бросившись в погоню. Через некоторое время вновь догнал повозку, только на этот раз применил навыки фехтовальщика. Минута и девять искромсанных наёмников пали наземь, превратив пыль в кровавую глину. Последним убил визжащего от страха купца, разрубив его до пояса.

Пленник спешился, скинул дерюги укрывавшие драгоценности. Золота, как и серебра было не много, купец, как водится, врал.

Основную часть груза составляли медные побрякушки: серьги, кольца, броши.

Пленник сгрёб золото в кучку, опустил в него морщинистые руки, почувствовав неземное облегчение. Постояв так некоторое время, сложил всё в мешок, переоблачился в наёмника, сел на коня, направившись в сторону столицы.

По дороге встретил бедного крестьянина, тот за серебряную монету выложил ему всё, что знал о каганате, кагане и последних событиях. Особенно он сетовал на бедственное положение низших сословий.

По его словам, крестьянство и другой рабочий люд по уши завяз в долгах. Многие продавали себя, детей и целые семьи в рабство, ушлым ростовщикам. Пленник без эмоций воспринял информацию, что уже прошло триста тридцать лет с начала его заточения. Сейчас, все события того периода воспринимались людьми, как сказка.

На рассвете следующего дня пленник въехал в столицу через главные ворота, заплатив серебром сборщику подати. Сегодня был базарный день, в город стекались тучи купцов, деляг и проходимцев всех мастей.

Пленник подъехал к определителю арендной платы за место на базаре и за серебряный перстень узнал у него, где найти мудреца знающего легенды. Сборщик направил гостя в городское хранилище книг, находящееся на центральной площади. Не доезжая до него, пленник увидел корчму, под названием «Золотая лань». Из него доносились обворожительные запахи разнообразных блюд. Он решил зайти перекусить, впервые за сотни лет у него проснулся аппетит.

Пленник поглощал пищу в неимоверных количествах, запивая её кувшинами браги. Он никак не мог насытиться, жаркое, хлеб, похлёбки всех видов проваливались, будто в бездонный колодец. Посетители смотрели на него с нескрываемым восторгом и озабоченностью, шутка ли сожрать недельный запас корчмы.

Наконец он насытил бездонное чрево, швырнул корчмарю золотой кубок, а его жене серебряную брошь и направился к выходу, который преградили трое мужланов сомнительной внешности.