Предания стальных веков.

Их опускали в бурлящую жидкость так медленно, а орали они так громко, что многим жителям ещё несколько дней чудились их душераздирающие вопли. Весть о страшной казни быстро разнеслась далеко за пределы каганата.

Кшочи равнодушно выслушивал донесения лазутчиков о трепете перед его злобой, которая словно зараза поражала селение за селением, душу за душой, готовя почву для будущих побед.

***

В тронный зал ввели трясущегося от страха кузнеца, нёсшего на парчовой подушке изготовленную им корону. Она была простая, без изысков и узоров: толстый золотой обруч, от которого поднимались вверх несколько острых пиков разной высоты, похожих на зубы древнего чудовища.

Кшочи встал с трона поднял её вверх, держа в обеих руках.

- Вот истинная корона царя-завоевателя! – сказал он. – Ибо не пристало воину наряжаться, как баба!

Кшочи водрузил корону на голову, присутствующие пали ниц.

- Истинный царь, истинный царь, - донеслось от стоявших на коленях подданных.

Кузнеца хорошо наградили, дав мешок серебра и назначив старшим мастером кузнечной гильдии с сохранением титула потомкам.

Через три дня после прибытия последнего отряда, войско Кшочи выступило в поход. Первой целью было выбрано небольшое соседнее государство. Победа над ним даст воинам поверить в себя, приготовшись к боле тяжёлым и кровопролитным сражениям.

Сторожевые заставы, растянувшиеся вдоль границы, были сметены натиском наёмников и племенами пустынь. Кшочи пока придерживал основное войско, пусть побьют копытом, пусть помаются в нетерпеливом предвкушении боя.

На пути стояли четыре небольших города. Увидев идущую на них армаду, два тут же сдались на волю захватчикам. Кшочи приказал никого не трогать, а лишь собрать всё ценное, оставить небольшой гарнизон для контроля, обложив данью. Следующие два ответили отказом на предложение сдаться, они ждали подхода основных сил государства. Стоявшие на стенах военноначальники всячески поносили Кшочи, называя его обозным рабом, бесправным пленником, одурачившим сотни тысяч бойцов.

Царь отдал приказ к штурму, заждавшееся войско, словно голодный зверь набросилось на городские стены. На следующий день оба города пали, в живых оставили только тех, кто решил встать под чёрные знамёна нового царя.

Войско разделилось на три части, начав грабёж государства. Часть армады, ведомая Кшочи, встретилась с подошедшими к руинам городов основными силами противника.