Зубы

Только сейчас до них начало доходить, что казни не будет, но напряжённая тишина, которая сковала их ноги, не позволила даже двинутся с места. Краем сознания они понимали, что то, что происходит в данный момент, уж очень важно. Мало-помалу они исподтишка стали поглядывать на гневную физиономию капитана Берро и на остальных стражников, обступивших его со всех сторон.

- Да спадёт свет согревающий на головы люда мирского. Да преобразит грязь и гниль в жизнь цветущую, да восславит заслуги падших и забытых.

- мужчина говорил громко и уверенно, причём так, что на молитву или проповедь это вовсе не было похоже. Скорее, это было прошение.

- Калеб Мальферий! - вскрикнул Уиллем.

- Помолимся за сущность божественную, отдавшую жизнь за наше процветание и бытность безбедную, лишённую болезни и страха. Во имя Бога-Создателя, услышьте мои слова и примите, как подарок за внимание и волю. - мужчина прочистил горло и практически запел древнюю, времён Первых, молитву, которую Уиллем часто слышал от матери.

- «Wollo to pretus igno… Wollo to pretus fammi… In oluin mannos kami. Muttoro kas pretu Ander. Mut rein pretu Derre-Ander, rokkolo itsa humanat. In xrotoe pretu manius Netera. Altui.»

- Мальферий! Ответь мне! - заорал Уиллем, подойдя вплотную к эшафоту так, что глаза его упирались в глаза старца, благо, голова его была в этот момент опущена.

Быстро подбежав к краю эшафоту одна из девушек нагнулась к капитану и цыкнула сквозь зубы:

- После проповеди ты своё услышишь, Берро!

- Да как ты смеешь?! - сжав зубы ответил он.

- Как смеет Совет являться на мирное собрание, воспевающее и восхваляющее нашего Создателя?!

- Спросите у своего старика, что так неосторожно мажет кровью двери домов. - ответил Уиллем и ухмыльнулся совсем так, как это сделал Торик в пыточной камере.

Девушка лишь брезгливо скорчила мину, после чего отпрянула от края эшафота и шепнула седовласому мужчине на ухо несколько слов.

Тяжело вздохнув, он вскинул руки к небесам и затянул небольшую песнь, которой служители Церкви сопровождали похороны.

- Морин стал жертвой. Славного слугу Бога-Создателя унесли в жерло кровавой машины бесславные стражи. Какая ирония. - закончил он песнь и напрямую обратился к капитану Берро, нагнувшись с эшафота и глядя тому прямо в глаза.