Зубы

- Что же Совет так долго ждал, чтобы начать нас отлавливать по одиночке, как бешеных собак? Или вы чего-то другого ожидали, капитан Берро?

- Для чего же столько свидетелей, Калеб? Боишься, что тебя схватят как последнего мерзавца где-нибудь в подворотне?

- Совсем нет, капитан. Всего лишь хочу, чтобы не один я стал свидетелем того, что Совет занимается откровенным бездельем, пока мои скромные прихожане занимаются настоящим делом. - грубо ответил он Уиллему. - Вы ведь так и не отыскали всех отвратных овец, которые помогали торговцам, не так ли?

- Ты льёшь кровь тех, кто гроша ломанного не стоит без самих торговцев.

Знал бы ты о том, какова в городе ситуация с населением, то дорожил бы каждым прихожанином, Мальферий. - процедил Уиллем. - Ты понятия не имеешь о том, что творится внутри города на самом деле, прикрываясь верой и убеждениями. Устраиваешь бесчинства, убийства, тайные казни. Отступись, пока есть время, и темница не станет для тебя последним пристанищем.

Калеб лишь громко рассмеялся, чем привлёк внимание и толпы народа, и троицы его приспешников.

- Услышь, народ! Главный Советник сего города открыто заявляет, будто горожане мрут как мухи, потому и злодеяния торговцев стоит позабыть. Смеет угрожать Его последователю темницей и казнью за, якобы, бесчинства и убийства. Пять лет мы ждали избавления. Спасения! Спасения от напасти, которая сгубила, уничтожила ядом рукотворным тысячи людей, загнав ещё большее количество в яму безумия и блаженного разума. Капитан Берро - это ваши слова.

Если вы не дадите народу то, чего он желает больше, чем сытой жизни, то это сделаем мы. Мы избавим их от тягот воспоминаний. Избавим от отравляющего сознание желания мести.

- Ты не ведаешь, что творишь!

- А ведаете ли вы? Ведает ли Совет, что грязные бродяги стали бродягами не от сытой жизни и богатых хором!? Вашим бездействием вы довели сотни и тысячи семей до голодной смерти. Довели их до того, что не страшась никаких мук Ада они наложили на себя руки. Безумные, больные, озлобленные на весь мир.

А вы ждали. Ждали, что с этим что-нибудь сделают Щиты. Или Серые Лица. Или порождения Ада - сами Вороны.

Народ гневно вскричал. За пеленой правильной, «хорошей» жизни всё действительно выглядело намного более серым и грязным. Во всех уголках города можно было найти разлагающиеся тела, разбухшие и посиневшие. Их попросту складывали в кучи, чтобы позднее за ними приезжали телеги-труповозки. Но они могли и не приехать.