Шут

Даже не знаю, что задело её больше – сами слова или холодный, лишённый эмоций тон. Смахнув выступившие слёзы, девушка поспешила выйти, ничего мне не ответив.

Из-под стола послышалось укоризненное «мяу». Я улёгся на кровать, и сразу был захвачен четвероногой Никой. Кошка ещё раз недовольно мяукнула и, выпустив коготки, упёрлась лапками в мою грудь.

- Считаешь, я зря это сделал? А мне думается – нет. Она ещё позлится, зато больше не будет стараться угодить.

Мои рассуждения нисколько не тронули кошку, что та и выразила, демонстративно уснув.

А я продолжил думать, поглаживая Нику по бархатистой шёрстке.

Поспать этой ночью не получилось. Сначала голову оккупировали не слишком радостные мысли, плавно перетекающие друг в друга и замыкающиеся в бесконечное кольцо тягостных дум. А потом я вновь занялся медитацией. Благо, никаких важных планов на утро не имелось. К тому же, тренированное сознание было способно выдержать ещё несколько бессонных ночей перед окончательным отказом.

В очередной раз плавно выдохнув, я обратился ко внутренним часам. Они утверждали, что сейчас около семи, следовательно, настало время тренировки.

Личный хронометр, увы, обманул, поспешив на двадцать минут. Но я не расстроился, увидев потенциальную возможность начать тренировку раньше и провести ещё немного времени в одиночестве.

Однако и тут меня ждал верный спутник всех планов – облом. Такаги-сан уже начал свой бой с невидимым врагом. От него во все стороны расходились смешенные потоки воздуха, клинок порхал с невероятной скоростью, недоступной мне.

Очередной взмах закончился броском меча в мою сторону. Клинок, будто не заметив сопротивления тканей тела, прошёл сквозь шею, едва не отделив голову от туловища…

Всего за секунду до соприкосновения металла и кожи я успел вильнуть головой, отделавшись лишь ощущением холода бритвенно острого лезвия.

- С каждым днём твои способности всё сильнее, Шут. Тем важнее постоянно их тренировать. Спарринг?

- Конечно, учитель.

Я не без усилия вытащил глубоко засевший в двери меч мастера и извлёк из ножен свой.

Бой с сэнсэем, как всегда, приводил к неутешительным мыслям о собственной беспомощности. Его система «ты почти догнал меня», увы, перестала работать, сразу после того, как я догадался о её существовании.

Хотя у меня и так хватало мотивации. Ответственность за чужие жизни сильно давила на плечи, заставляя тренироваться, превозмогая усталость и боль.