Крувин. Ты - не один

Запретных знаний нет, есть лишь люди, использующие их во вред. Эриох дир Поэрт сдерживал в подчинении полсотни солдат, пришедших в его родную деревню грабить и убивать, пока жители, все до последнего, не покинули свои дома, спасаясь бегством. Гонец Артур Тарион взял в подчинение собственную лошадь, умудрился покрыть три сотни километров, скача и день, и ночь. Его конь, к сожалению, умер сразу по прибытию, но сведенья, которые Артур доставил, помогли избежать войны между двумя государствами, уже развернувшими свои армии друг напротив друга.

В древние века нас называли Повелителями Магии и неспроста, поверь. Лишь ты определяешь, каким целям послужит твоя магия и твои умения.

- А если я на своём жизненном пути совершу что-нибудь чудовищное? Не в благих целях, а единственно из собственного желания?

- То это останется с тобою до конца жизни, но лишь с тобой. Не позволяй этому миру судить себя.

- Как тогда определить момент, когда перейдёшь черту? Ведь не всегда мы способны трезво оценивать себя…

- Я так считаю, когда последний близкий человек пожелает перерезать тебе горло – считай, что ты где-то повернула не туда, - со смешинками в глазах ответил Крувин, знаменуя переход от серьёзного разговора к своей обычной манере речи.

Эльфийка на эту фразу ответила надувшимися губами и демонстративно сложенными на груди руками, вдобавок комично попыхтев.

- Давай, шуруй отсюда, поздно уже, - махнул на неё рукой целитель, - а я дождусь Адама.

- И куда мне лечь?

- Да где найдёшь – там и ложись, - огорошил её ответом Крувин, ясно дав понять, что поиски спального места не его забота.

Сам маг подобной проблемой обременён не был, собираясь вздремнуть, если на то соизволит, в том же кресле, в котором сидел, находя его удобство вполне удовлетворяющим.

Один он надолго не остался, вампир возвратился уже спустя час, доложившись о выполнении поставленной задачи.

Поблагодарив, и отправив его также отдыхать, целитель наконец мог заняться собственными делами.

Стянув кольцо с пальца, он нежно, с долей трепета провёл указательным пальцем по каждой грани.

- Я не забыл, Талли, и никогда не забывал, - прошептали губы.

Прикрыв глаза, Крувин застыл изваянием, уносясь воспоминаниями в годы, минувшие давным-давно, туда, где звенел будто колокольчиками такой родной голос.