Черное копье

 – Выдадим себя за его сторонников из Эребора, изгнанников. Помнишь Изельгрид, знак того рангтора на его подковах? Скажемся такими же. Гномы-то у него вряд ли есть, и это, с одной стороны, нам не на руку – могут что-то и заподозрить. Но с другой – некому будет нас особенно уличать во лжи. Так мы будем и сыты, и не будет нужды никого опасаться. А уж в войске-то мы с Олмером всяко встретимся! Опасно? Слов нет. Может статься, и жизнь положить придётся…

– Только не мою! – снова вскипел Малыш.

– Да почему обязательно твою! – отмахнулся Торин.

 – Вон у хоббита лук, из которого я уже забыл, когда он в последний раз промахивался. Всё, что нужно – немного терпения и удачи.

– А потом? – продолжал неистовствовать Малыш. – Потом нас хватают и подвешивают вверх ногами?

– А если мы пойдём в Айбор, чтобы оттуда следить за передвижениями Олмера, что изменится? Ведь нам точно так же придётся выжидать и потом так или иначе искать с ним встречи. Мы разошлись в способах сбора вестей о нём и его поиска, но в главном ты ничего нового не предложил, и я не пойму, что ты теперь возмущаешься.

Малыш насупился, но ничего не ответил.

– Может, подкупить кого? – неуверенно предложил хоббит.

– Боюсь, что никто из его окружения на такое не пойдёт, – покачал головой Торин. – Люди служат Олмеру не за страх, а за совесть. Конечно, в войске, быть может, и удастся найти какого-нибудь недовольного, но для этого опять-таки надо к войску присоединиться.

Нет, я больше надеюсь на лук нашего Фолко. А там… ночь темна, и дорог во мраке много. Уж ты-то, Малыш, во всяком случае, уцелеешь!

– Мы уцелеем все – или никто, – быстро проговорил Маленький Гном.

– Ну что мы опять вертим круг без точила! – вздохнул Торин. – Нужно решать, куда мы направимся. Конечно, в Айбор идти безопаснее, да и какие-то олмеровские лазутчики там наверняка должны шнырять, но мне всё же по душе вступить в войско. Опаснее, труднее, но вернее, по-моему.

– Если опаснее и труднее, то уже тем самым не вернее, – буркнул Малыш. – А тебе не кажется, что нам там попросту не поверят и, разоружив, посадят под замок до возвращения Санделло и Олмера, которые уж постараются вытрясти из нас всю правду?

– А какая правда? – возразил Торин. – Кто из олмеровских подручных знает, что мы сражались на стороне его врагов?

– Имя Торина было названо среди особо отличившихся, – напомнил Фолко.