Молот 1. Начало пути

Особое внимание привлекла эмблема в виде оскаленной головы Люпуса, ювелирно выкованная из золотистого сплава и прикрепленная перекрестными ремнями к броне на груди.

— Это лучшая моя работа! — светился кузнец, наблюдая, как я примеряю доспехи перед тусклым зеркалом.

— Легкая и удобная броня, спасибо тебе, Торес, — я пожал ему руку.

***

Столетние кедры становились все выше, закрывая солнце. Корни мертвых деревьев вздымались из зарослей папоротника, словно щупальца на моем пути. Птицы умолкли. Лес казался мертвым.

Конь подо мной осторожно ступал по заросшей тропе. Вот уже третий день я продирался через глухомань в заброшенную деревню, которой не было на моей карте. Жители Ксилона говорили, что там и по сей день обитали злые духи, а охотники избегали тех мест. Может там я найду ответы на свои вопросы...

Тропа вывела к подножию отвесной скалы, затмевающей свет. Под скалой, словно болотные камни, вросли в землю с десяток полуразвалившихся домов. Бревенчатые стены почернели от сырости и поросли мхом.

Даже днем прямые солнечные лучи сюда не проникали.

Я втянул воздух, расширив ноздри. Обостренное обоняние помогло учуять слабый запах дыма. Пригляделся: на дымоходе одного из домов чернели свежие следы сажи.

Вот те раз! Деревня то обитаема! Ну оно может и к лучшему, если конечно, обитатели не захотят меня убить. Надо аккуратно разведать, кто они и сколько их. Заряженному танку в дуло не смотрят, поэтому зайдем потихоньку сзади...

Я привязал коня в леске и, свернув с тропы, обошел деревню с противоположной стороны.

Тишина... Не слышно даже птиц, только старый ворон, сидя на макушке ели, колупал заскорузлую кость.

Покосившиеся дома угрюмо смотрели на меня пустыми глазницами окон, и лишь один домишко выглядел обитаемым. Уже хорошо! Если там враг, то численность его явно небольшая. Одна голова хорошо, а две уже некрасиво...

Более не скрываясь, я подошел к дому и постучал в дверь:

— Есть кто живой? Мирный путник водицы испить желает...

Никто не ответил. Я толкнул дверь и глянул внутрь, на всякий случай не торопясь заходить — под лежачий камень мы всегда успеем.

..

Серые стены избы увешаны травками и кореньями. На огромной каменной печи в углу шкварчал закопченный чугунок. Я принюхался... варилась картошка.

— Что же ты, путник, в пороге встал? — раздался сзади женский голос.

Подпрыгнув от неожиданности, я схватился за кинжал. Мне улыбалась черноволосая девушка с охапкой хвороста:

— Проходи в дом, коль не разбойник.