Молот 1. Начало пути

Я подошел к хлопающему глазами трактирщику, спрятавшемуся за стойку в обнимку с топором:

— Не бойся, я человек мирный, но творческий... хочу творю, хочу вытворяю. Если скажешь, как мне найти городскую гадалку, я тебя не трону.

— В конце улицы, господин... — голос трактирщика заискивающе дрожал, — вы найдете каменный дом без окон, наполовину вросший в землю...

— Спасибо, а это тебе за беспорядок. Шлюху в трактир больше не пускай, как-нибудь зайду, проверю, — я швырнул на стойку один золотой и вышел на улицу.

***

Широкая улица, мощенная камнем, сузилась, извиваясь словно ручей. Каменные дома сменились на глиняные мазанки, а вместо дородных горожан в парчовой одежде зашныряли грязные оборванцы, высматривающие под покровом вечера кошельки прохожих.

Внезапно мостовая оборвалась, и я оказался на окраине города. Каменный дом с поросшими мхом стенами и почерневшей крышей напоминал склеп. Вот и жилье гадалки. Я постучал в кованую дверь. Скрип проржавелых петель ворчливо ответил мне.

В проеме появилась костлявая старуха в грязно-сером балахоне и кучей диковинных подвесок на шее и руках. На ее плече вертела головой старая взъерошенная ворона, с любопытством уставившись на меня единственным глазом.

— Чего надо? — прошамкала бабка.

— Ты городская гадалка? Будущее хочу знать...

— Два золотых, — отрезала старуха, пропуская меня внутрь.

— Дорого берешь, ну да ладно...

Я шагнул в дом, очутившись в полумраке небольшого зала с чадившими свечами. Запах жженого масла, воска и чего-то терпкого пропитали воздух.

В центре комнаты на круглом столе из красного дерева раскинуты какие-то костяные и пергаментные карточки с неизвестными символами и рисунками. По периметру зала растянулись каменные лавки, перемежаясь с деревянными полками, забитыми склянками и глиняными сосудами. На стенах веники из сушеной травы, гирлянды из черепов зверушек, лоскутов шкур и скукоженных фрагментов кожи.

Милое местечко, чувствуется запах очередных неприятностей.

Но неприятности — это не самое плохое, что может произойти. Хуже всего, когда с нами вообще ничего не происходит. В моем мире каждая крупная неприятность казалось концом света, а здесь не так, здесь это только начало...

— Садись, чужеземец, — старуха ткнула сморщенной рукой на гранитное кресло, больше похожее на трон.

Я скинул наплечный чехол с молотом, привалив его к креслу, а сам устроился на тверди сиденья.

— Деньги вперед, — проворчала гадалка.