Мастер проклятий

- Карантин, доминус чистый, - слегка удивленно прокаркал один из сидельцев. Из-за яркого света он не мог разглядеть задающего вопрос. – Чтобы не вызвать мора среди прочих жителей лагеря.

- Я не чистый, - счел нужным пояснить Рубио. – Сейчас их нет в лагере. Если можете идти – уходите отсюда, они скоро вернутся.

Таким же манером старик проверил остальные помещения. Везде оказалось примерно то же. Заминка случилась только в последнем. В этой «палате» оказался всего один пациент. Пациентка, если точнее. Совсем молоденькая девушка сидела, в центре комнаты.

Когда открылась дверь, она сжалась еще сильнее, тоненько заскулила, – как побитый щенок, - и попыталась отползти в угол. Это ей не удалось, потому что цепь, висящая на ее ошейнике, была прикована к кольцу в центре комнатушки. Другой одежды на девушке не было. Причина, почему она оказалась здесь в таком положении, была очевидна. Даже синяки и ссадины не могли скрыть яркую, необычную для республики красоту юного создания. Через синяки проглядывает белая, будто фарфоровая кожа, волосы, сейчас свалявшиеся от пота и крови, имеют дивный медный оттенок, а глаза так зелены, как листики берез. Очевидно, кто-то из чистых не устоял перед столь экзотической красотой и решил скрасить свой досуг самым банальным и простым способом. Может, и не один.

Когда старик шагнул к девушке, она сжалась еще сильнее, хотя это и казалось невозможным, и стала бормотать что-то жалостливо-умоляющее. Попытки бывшего гвардейца как-то успокоить девчонку успеха не имели.

Попытки прикоснуться, чтобы снять ошейник и вовсе вызвали настоящую истерику.

- Похоже, сломалась. – С глубокой печалью констатировал старик. – Такое бывает, я знаю. Может, она бы пришла в себя, будь у нее время.

Он все же освободил ее, несмотря на протесты и попытки сопротивления, но принципиально ничего не изменилось. Девушка просто откатилась в угол, где продолжала поскуливать, сжавшись и вздрагивая от каждого звука. Мануэль еще несколько секунд помолчал, а потом встряхнулся, будто пес из воды вылезший.

- Ладно. Давай уже посадим тебя искать родителей. Я поищу, чем тебе спину обработать. Хотя бы промыть от этой проклятой пыли. Да и перевязать чем-нибудь не помешает. Потом присоединюсь к тебе. Нам, вообще-то, торопиться нужно. До утра часа три, еще пара часов прежде, чем они поймут, что здесь что-то случилось, ну и столько же на дорогу к лагерю. К тому времени мы должны быть как можно дальше отсюда.