Душа Бога - 2

«Кенотаф», да? Охраняемый могучими силами, который нужно разрушить — и там будет указание, где кроется второй фокус проклятия, я же прав? И ты был почти уверен, Равнодушный, что поиск укажет тебе на Камень Тоэй в Эльфране, со всеми его смешными Высокими Домами — или Дома были Великими?

— Ты явился сюда издеваться над нами, могучий? — глухо сказал Аратарн. — Ты можешь быть очень силён, но это не делает тебе чести. И что тебе до наших забот?

— Вы нужны мне, а я нужен вам, — без обиняков заявил призрак. — Никто не оскорбляет тебя, юноша, я лишь пытаюсь объяснить, что без меня Проклятие вам не снять.

У него нет никакого вместилища, нет фокуса, оно ни к чему не привязано. Это сильнейшее из проклятий, когда-либо наложенных под небом этого мира — да и многих иных. Тебя ввели в заблуждение мои приготовления, кузен, — Чёрный небрежно кивнул в сторону ползающих скал, — но ты, сын Истинных Магов, решил, что всё дело в каком-то артефакте! Что достаточно будет разрушить оба фокуса — и Проклятие сгинет! Родственник, родственник, ты огорчаешь меня.

Горджелин резко выпрямился, Аратарну показалось — он слышит, как хрустит древко посоха, судорожно стиснутое сухими длинными пальцами.

— Если тебе, родственник, нужна наша помощь — я бы на твоём месте воздержался от подобных речей.

Сущность на вершине чёрного куба некоторое время молчала. Потом, словно через силу, призрак произнёс:

— Что ж, в таком случае не стану ходить вокруг да около, однако всё же придётся объяснить вам… некоторые тонкости.Я прозываюсь Чёрным, у меня особое сродство к Тьме.

Я слышу многое, Тьма подхватывает и доносит до меня самые дальние, самые слабые отзвуки. Нашему сущему, нашей Вселенной уготовлен поистине ужасный конец, Горджелин.

— Я слышал это много раз, — перебил Снежный Маг. — Всё имеет своё начало, всё имеет свой конец, даже сущее, нас окружающее. Что дальше?

— Дальше? Известные тебе Дальние — последний инструмент Творца, и он не зря помещён в наши пределы. Ему надлежит умертвить всё и вся, использовав силу великого множества душ, — для того, чтобы вновь обратить нашу Вселенную в один строго упорядоченный кристалл.

Сперва огромный, затем он станет уплотняться, уплотняться и уплотняться, до тех пор, пока вновь не сделается монадой, абсолютной, вечной, неразрушимой — зародышем будущего Творца, и тогда цикл начнётся вновь.

— И это я уже слышал, но теория…

— А я, Чёрный, не желаю сгинуть в этой катастрофе, — призрак повысил голос. — Моё существование мне отчего-то нравится.