Рукопись первая: Звон Хрусталя

Маг сегодня определенно не выспался, о чем свидетельствовали круги под глазами, так что был не в духе. - Судя по всему, «Штурвал» ими славится. Раз уж пришли сюда, надо попробовать.

Матис тут же воспрянул духом:

- Да, вот и я о чем! Обязательно надо попробовать!

Вместо ответа Ева подозвала одну из служанок и попросила на всех (кроме воровки, разумеется) лепешек и супа. Лукреций со снисходительной, почти отеческой улыбкой посмотрел на восторженного Матиса и покачал головой. Таверна между тем жила своей жизнью.

Прикрыв глаза в ожидании обеда, Ева нехотя прислушалась к разговорам вокруг.

- Неужто вы не слышали? Да как же так! Умерла же она, герцога дочка! Было две красавицы, обеих не стало. Ну, что ж вы, о Рае не помните? А имена-то какие, имена!.. - донеслось с одного из дальних столов.

- Да конечно будет она, война. У нас уже и ребят в отряды уводят, учиться, значит, делу боевому. Говорят, еще месяц — и все! Не дождемся мы открытия границы, - понуро качал головой прусский торговец, окруженный товарищами по несчастью.

Дальнейшие слова заглушил общий гул голосов.

- Сына забрали, единственного моего, сокола моего ясного! Звери они, звери, а не люди, и ведь совсем на границу!.. Убьют же его там, убьют! - причитала пухленькая, дрожащая матушка. Компания подруг-белошвеек, собравшаяся вместе на обед, дружно заливала слезами ее горе.

- А я им и говорю — живым не возьмете! Хоть ползком, но доберусь дотуда! Не поверили, конечно. Ну а вы как думаете? Добрался!.

.

- В море — как в небе, вы только представьте! Волшебно и одновременно страшно... Ну, я держу ее, удочку, а потом раз — и рыбеха попадается, во-о-от такая!..

От созерцания Еву отвлек тихий всплеск и резкое жжение, словно ее кипятком облили. Распахнув глаза, она обнаружила, что ее рубашка и штаны насквозь промокли, окрасившись в красный цвет, и частично были покрыты... зеленью? Досталось и Лукрецию, сидевшему рядом в новом костюме. Сохраняя каменное лицо, наемница медленно повернулась налево и увидела перед собой бледного юнца в шляпе.

В его руках находилась пустая плошка, а сам он неуклюже полуопирался на стол: видимо, поскользнулся, пока шел. Малахитовые узкие глаза парнишки в ужасе остановились на лице Евы, а сам он, по всей видимости, не знал, что теперь делать, и желал провалиться сквозь землю. Весело было только Маске, которая тихо прыснула со смеху, за что получила полный укора взгляд промокшего Лукреция.