Терн

Пасть его медленно открывалась всё шире и шире, алый язык сползал на сторону.

– Поскольку в чародейство таэнгов вмешался я, тебе не грозит участь обычных «призванных». Однако… это заклятье не может быть обратимым. Никакой колдун таэнгов не сможет отправить тебя назад. Это жестоко… но нельзя скрывать от тебя такое, досточтимый мэтр Кройон.

– А… Э… – только и смог выдавить демон.

Глаза его широко раскрылись, как и пасть.

– Э… А…

– У меня не было выхода, мэтр, – Тёрн сокрушённо развёл руками.

– Тёрн! – вскинулась Стайни, однако дхусс только махнул рукой.

– Выбора не оставалось, мэтр Кройон. В тот момент я не мог разрушить заклятье, подобно тому как сделал это позже. Всё, что мне удалось, – это… если можно так выразиться, перебросить петлю. Исходное заклинание выдернуло бы сюда истинного демона, безмозглого и кровожадного, одержимого манией убийства…

– Большое спасибо, – прорычал несколько пришедший в себя Кройон.

– Прошу прощения, – поклонился Тёрн. – Словом «демон» у нас описываются, увы, отнюдь не поэты и художники, даже и облачённые в чешуйчатую броню.

– Так всё-таки… всё-таки… неужели… – совсем по-человечески бормотал демон, обхватив голову жуткими когтистыми лапами.

– Мэтр Кройон. Ты – художник и поэт. Любому другому существу оказаться в ином мире… я бы не пожелал. Но разве не могут хоть в малой степени утешить тебя новые горизонты? Голубизна высоких небес, стремительность рек, ровный рокот океанов? Ничто не заменит родного дома, но, быть может, ощущение первооткрывателя, да простятся мне эти неуклюжие слова, смягчит…

– Досточтимый… – демон отвёл на миг от глаз бугристые ладони.

– Небо и ветер, – пробормотал себе под нос Тёрн, опуская голову.

– Сказали же тебе, дхусс, на ясном арго сказали – помолчи, – не упустила случая сидха.

На прогалине наступило молчание. Ночная тьма плыла вокруг, лес жил обычной жизнью, жизнью, где охотник будет всегда гнаться за жертвой, а жертва обречена так же точно вечно спасаться от него; зелёному миру нет дела до странностей двуногих и частично хвостатых.

Молчание продолжалось достаточно долго. Наконец демон поднял голову, глаза его ярко светились алым.

– Прошу прощения досточтимых. Мной… овладели чувства.