Окаянный груз

Рад и благодарен, что почтили мое скромный кров сиятельным присутствием.

Он приложил обе ладони к груди и раскланялся настолько грациозно, как только сумел.

Зьмитрок и Юстын обменялись одобрительными улыбками. Молодец, мол, магнат. Хоть и мямля, и тряпка, а за дело Золотого Пардуса — именно так, по гербу Великих Прилужан, называли свой заговор сторонники Жигомонта — горой. И готов поступиться мелкими обидами, если видит в них угрозу Золотому Пардусу.

Мржек разочарованно поджал губы. Он уже больше месяца, как въехал в свите Зьмитрока в земли Прилужанского королевства.

Под покровительством грозинецкого князя опальный чародей мог не опасаться наказания, даже если бы его и опознал кто. Януш еще мог бы настоять на аресте человека из окружения Зьмитрока, но он в столицу пока не прибыл. Польный гетман Чеслав не обладал таким влиянием на Сенат и Жигомонта, а последнему, по большому счету, было наплевать на чародея. Ведь не в Великих Прилужанах жег Мржек застянки и села, а в Малых. А чародей, сперва наслаждался свободой и возможностью безбоязненно задирать лужичанских шляхтичей, а потом стал тосковать. Ведь за липень еще не убил никого и весьма тем тяготился.

— Успокойся, пан Мржек, — нахмурился Зьмитрок. словно читая мысли колдуна. — Экий ты злопамятный.

Чародей дернул щекой. Хотел ответить резко, но сдержался.

— Я спокоен, твоя милость.

— Вот и славно. Не грусти, пан Сякера. Хочешь янушевым прихвостням хвост прикрутить? Прикрутишь.

Но после элекции.

Мржек решительно вздернул подбородок, отвердев плечами.

— Я пойду?

— Ну, не обижайся, пан Мржек, — мягким голосом проговорил пан Юстын. — Мы помним и ценим твои заслуги перед Золотым Пардусом. Новый король тебя не обидит. Все твои враги получат по заслугам...

— Я пойду, — с нажимом повторил Мржек. — Последние приготовления, твоя милость.

— Иди, — кивнул Зьмитрок.

— Да, твоя милость, едва не забыл. Пусть ведут того студиозуса. И тебе, — он повернулся с легким поклоном к Далоню, — следует уже приготовиться.

— Ты прав, пан Мржек, — легко согласился терновский князь. — Иди. Я скоро буду.

А когда дверь за Мржеком закрылась, добавил, сокрушенно покачав головой:

— Страшный человек, пан Зьмитрок. Страшный. Он же убийца...

— Я знаю, — грозинчанин подкрутил ус. — За то и люблю его.

— Ну разве так можно, — Далонь покачал головой. — Мы же на почти что святое дело собрались, а тут...